В ответ Арно нахлобучил шляпу, привычно напомнившую о былой глупости. Ну чтоб ему было не пообещать съесть туфли для танцев, ночной халат или, того лучше, трость. Сгрызть трость – это серьезно, это произведет впечатление хоть на кого!

Дважды обещанный ветер набросился со своими нежностями прямо на крыльце, будто дождавшаяся хозяина псина. И чего, спрашивается, ждал – на улице и без Арно было полно народа. Старая Придда суетилась вовсю: похоже, всем, кроме дрыхнущих бездельников, приспичило куда-то бежать. Только в дворцовом вестибюле мимо промчались пара адъютантов, с полдюжины курьеров и худой и наверняка злющий клирик. Чиновников со слугами виконт не считал, они, как выражался Рокэ, кишели. Жизнь на главной лестнице тоже кипела, пока на третьем этаже провожатый не нырнул в боковой коридор. Там было более или менее тихо, а в конце таился проход в примыкающее к Старому Арсеналу крыло. Арно миновал пять дверей с одинаковыми ручками-шишками и нишу, в которой белело нечто, замотанное холстом; затем показалась выводящая на лестничную площадку арка.

– Сударь, – подал голос крючконосый, протягивая руки к плащу, – вам наверх, в личную гостиную ее светлости. Вас ожидают.

– Спасибо, очень интересно, – вежливо откликнулся виконт, и спутник, удовлетворившись доверенной ему одежкой, отстал.

Комната, в которой ждали завтрак и герцогиня, была чем-то вроде левого рукава эдакой каменной рубахи, такие «тройные» гостиные вроде бы вошли в моду во время Двадцатилетней. Ну да, здешний дворец тогда и строили.

Герцогиня в светлом утреннем туалете раскладывала карты за маленьким, отдельно стоящим столиком. Мать время подобным способом не убивала.

– Надеюсь, – с ходу осведомилась ее светлость, – вы не успели позавтракать?

– Нет, я собирался завтракать с… – виконт поднатужился и выдавил из себя ненавистное, но положенное слово, – матушкой.

– О конечно же, но Арлина… Надеюсь, вы простите, что я называю ее как в юности. Когда она встанет, вы успеете вновь проголодаться.

Столь очевидная шутка требовала улыбки, и Арно улыбнулся. Герцогиня отложила свои карты, давая понять, что пора вести ее к столу, что виконт и проделал. Завтрак был торский в том смысле, что горячего не предполагалось. Ветчина выглядела привлекательно, посыпанные семечками пирожки – тоже.

– Виконт, – хозяйка, подавая пример, развернула салфетку, – ответьте, только честно. Вы вспоминали о расположенных к вам девицах?

– Сударыня…

– Вам было не до того? Я так и думала, однако сейчас вам придется о них вспомнить. Через пять дней у нас небольшой зимний праздник. Ваша матушка наверняка вам рассказывала, как мы играли во времена года, это было прелестно. И это будет прелестно. Безумно жаль, что герцог Придд в большом трауре, но на вас я рассчитываю.