– Я помню и буду шить в гостиной, – женщина поправила шаль и без лишних слов вышла.

4

Силой духа служанка превзошла госпожу. Никаких распоряжений вымотанная Арлетта не отдавала, но камеристка видела, что ее возлюбленный-буфетчик создает поздний ужин на несколько персон. Победив усталость, фарнская искусница подготовила достойный лимонного суфле и карамельного мороженого туалет, отказаться графиня не смогла. Переодевание съело не менее получаса, но Франческа была достаточно хорошо воспитана, чтобы задержаться. Назло охватившему ее бессилию Арлетта заставила себя сменить серьги на более броские и по старой привычке перебралась к окну. За приподнятой портьерой, кроме ночи, обнаружились какие-то странного вида кустики, явно не астры. Графиня потерла узкий листочек и поднесла пальцы к лицу, тонкий запах показался знакомым, наверное, вытяжку из этих растений добавляют в ароматическую воду. Что ж, очень мило… надо спросить Франческу, что это за травки и где они растут.

Сорвать веточку не вышло, тоненький сероватый стебель сдаваться не желал, пришлось сходить за ножницами и заодно прихватить булавку, чтобы приколоть загадочное растение к платью. Арлетта как раз возилась с застежкой, когда за дверью раздался бодрый топоток и в кабинет влетела молодость.

– Ну как она тебе? – Арно завертел головой и немедленно обнаружил конфетницу, а в ней свои любимые тянучки. – Валентин с Клаусом будут жить у Валме, он сейчас придет.

– Зачем? – вежливо полюбопытствовала Арлетта. – Писем Бертрама я сейчас все равно не пойму. И кто «она»?

– Не придирайся, всё ты поняла! Я про эту… невесту Эмиля. Что она Франческа, я помню, остальное потом выучу.

– Она производит впечатление. Пожалуй, я соглашусь с Эмилем, госпожа Скварца похожа на меня в молодости. Любопытно, ты сможешь с ней подружиться или нет?

– А надо?

– Это сделает тебя чуть менее доступным для здешних девиц. Надеюсь, их ты не забыл?

– Их забудешь! – Арно ухватил со стола еще что-то и, явно пресекая разговор о девицах, объявил: – Тут такое творится, мы с Валентином чуть в обморок не грохнулись.

– Валентин тоже чуть не грохнулся?

– Нет, но он присвистнул. Мама, сюда явился целый Дорак, но это еще не самое веселое. Приехал старик Понси и притащил с собой Жиля. Ноймаринен это чучело посадил под домашний арест, потому что дурак хочет застрелить Эпинэ и наложить на себя руки. Причем не где-нибудь, а перед троном. Из-за своего распрекрасного Барботты.

– Но гения, помнится, убили в Олларии?

– Ну да, его пристрелил адъютант Эпинэ. Как бесноватого.

– Тогда все в порядке. Ты так и не сказал, зачем мне сейчас Валме?