Руперт, вам не приходило в голову, что приглашение герцога Алва, которое вам передал брат Арно, связано с продолжением той самой игры, что вы столь успешно начали на берегах Хербстхен?

– Мне пришло в голову наконец выпить!

2

К «Нежным Цветам» судьба была суровей, чем к «Хрупким Снежинкам», хотя общий контур оставался неизменным: идиллия, неприятности и апофеоз с осыпанием бумажными лепестками. Новостью стало удвоенное число героинь и, соответственно, героев. Две розы, Белая и Розовая, радовались весне в окружении милых подруг. Все благоухали и резвились в Прекрасном Саду, пока туда не прилетел Голосистый Соловей и не пришлепала Черная Жаба, оказавшаяся, согласно либретто, мужчиной и злодеем. Белая Роза ожидаемо вручила сердце Соловью и во время любовных грез была похищена Жабой, но оказавшаяся свидетельницей злодейства Бабочка позвала на помощь своих друзей Иволгу и Певчего Дрозда. Спасители отыскали начавшую увядать Розу и вернули на место, а бросившуюся в погоню Жабу победили и навеки изгнали из Прекрасного Сада. Подоспевший Соловей оживил возлюбленную своими песнями, а Певчий Дрозд обрел счастье с Розовой Розой, после чего началось всеобщее ликование и чтение стихов.

– Ну? – Георгия была само нетерпение. – Что скажешь?

– Несколько неожиданно, – Арлетта аккуратно закрыла переплетенную в розовый сафьян тетрадь. – Розовая Роза тебе понадобилась, чтобы наградить Дрозда, но ведь без него вполне можно обойтись. Почему бы Жабу не одолеть Соловью?

– Ты не понимаешь, и это просто чудесно!

– Да, – подтвердила графиня Савиньяк, – не понимаю. Вторая пара мне кажется лишней.

– Потому что ты думаешь лишь о сюжете, а я вынуждена смотреть шире. Вторая пара нужна ради торжества справедливости. На зимнем праздновании пострадали две танцовщицы. Неважно, как к ним отношусь я и их подруги, главное, что случилась беда, а она лечится счастьем и радостью. В Весеннем сказании мы победим сразу и подлость, и судьбу!

– Так ты, – осенило Арлетту, – решила отказаться от жеребьевки?

– Для начала на один раз. Гизелла станет Белой Розой, а девица Манрик – Розовой. Танцует она, к несчастью, отвратительно и к тому же напрочь лишена чувства ритма, поэтому сольного выхода у нее не будет, а дуэт вынесет на себе партнер, то есть Валме. Он в состоянии управиться с подобной партнершей, причем во всех смыслах.

– А кому ты отдашь оставшиеся роли?

– Жабу придется танцевать Маркусу; я не могу просить о таком одолжении посторонних кавалеров. Арлина, тебе смешно, но почему?

– Извини, я сперва подумала про маркиза Фарнэби и только потом вспомнила про твоего младшего.