– Понимаю, – дочь Алисы водрузила серую тетрадь на розовую, – ты от этого далека, но не у всех есть столь верный поклонник, как Бертрам.
– К твоим услугам целый граф Креденьи, – напомнила Арлетта. – Тебе остается только пальцами прищелкнуть.
– Креденьи всю жизнь был военным интендантом, здесь он мне не помощник. Что ж, раз не хочешь вникать, хотя бы попробуй мои новые десерты.
– Новые? – Графиня не удержалась и широко, «по-фрейлински» раскрыла глаза. Геора счастливо рассмеялась, блеснули белые молодые зубы.
– Ты угадала! Ты угадала! – В подобных случаях отгадчику полагался еще и игривый шлепок веером, но на рабочем столе герцогини его не было. –
– «Поцелуй весны» или «солнечный зайчик»?
– Не скажу, мучайся неизвестностью, – Георгия дважды дернула звонок, призывая обещанные сласти, и вдруг потупилась. – Арлина, у меня, вернее у нас, к тебе еще одна просьба. Я даже не знаю, как начать…
– А как бы начала твоя мама?
– Она бы сказала правду, – твердо сказала герцогиня, таких шуток она никогда не понимала. – Разумеется, если бы имела дело с другом, а мы – друзья. Мы ведь друзья, Арлина?
– И мы когда-то были Счастливыми Мотыльками.
– Да, наша юность была счастливой, но потом… Не хочу об этом. Арлина, у Рудольфа возникли сомнения по списку гостей, особенно из южных провинций. Какой бы затворницей ты ни жила, соседей ты знаешь лучше нас, и не вздумай предлагать мне свою невестку, Рафиано для этого слишком дружны с Гогенлоэ.
– Хорошо, не буду, а в чем именно сомнения? Или в ком?
– В приспешниках Колиньяров. Это довольно сложно, но лучше тебе объясню я, чем Рудольф. Сабве при попустительстве Сильвестра и – мне неприятно об этом напоминать, однако я вынуждена – Бертрама вел себя не как губернатор, а как, самое малое, Проэмперадор Юга. Это ожидаемо привело к мятежу, но сейчас речь не о бунтарях, а о тех, кто счел, что коль совладать с Колиньярами нельзя, остается смириться и доказать им свою лояльность. Теперь эти люди ожидаемо доносят на бывших покровителей и друг на друга, а некоторые еще и оспаривают титулы, владения и даже заключенные якобы по принуждению браки. Лучше всего в этих хитросплетениях разбирается маршал Дорак, но Рудольфу его мнения мало.
– А почему бы не перевалить эти… сомнения на настоящего Проэмперадора Юга?
– Так и думала, что ты это скажешь! Бертрам вызывает доверие далеко не у всех, что, только пойми меня правильно, совершенно не удивляет. Просьбы подаются на имя регента Талига, но Рокэ ими заниматься не собирается. Все, что не касается войны, он сбросил на Рудольфа, и это правильно. Кэналлиец защитит Талиг даже от Леворукого, но нас ему не понять, как нам не понять морисков или алатов.