Валме согласился и подал даме багряный, опушенный седой лисой плащ. Снег во дворе успели расчистить, и голубоватый вал у стены стал выше еще на полголовы, обещая по весне внушительные лужи. Урфрида загадочно молчала, но разгадывать сию загадку было лень. Все кончилось логично и грустно: приехал маршал, красивый и, очень похоже, что любимый, хотя окончательно это прояснится через пару дней. Тогда можно будет сообщить Елене, что ее опасения не оправдались и госпожа Скварца светится от счастья, на описание которого должно уйти не меньше четверти письма. Еще четверть Валме предполагал отвести на загадку с пресловутым покушением.

Как бы печально это ни было, папенька опять угадал, по крайней мере, других подходящих отравителей в голову виконту так и не пришло. Убивать наследницу цветущего во всех смыслах Фомы стоило лишь для того, чтобы удержать Юлию в Урготе. Фердинанду в этом случае подыскали бы другую невесту, причем в Талиге, поскольку оставшиеся принцессы так или иначе не подходили, а всплывшие на днях познания Иоланты подтверждали, что дед готовил внучку в королевы. Конечно, имелась дочь и у Колиньяров, но слишком уж юная, да и их попытка прибрать к рукам Эпинэ выглядела сразу и нагло, и глупо. Тот, кто догадался отравить предназначенный для мистерии букет, действовал тоньше.

– Вы не спешите меня развлекать, – напомнила о себе Урфрида. – Я бы поняла, страдай вы всерьез, но ведь это не так.

– Я страдаю, – возмутился Марсель, – и даже сочиняю на сей счет рондель, но мое молчание связано не с моими терзаниями, а с вашей усталостью.

– Мне уже лучше, – дама потупилась и тут же вскинула головку. – Сударь, мы одни, и я намерена вызвать вас на откровенность. Мне хотелось бы, чтобы вы разглядели во мне союзника.

– Вот как? – призвал на помощь Бруно виконт. – Осторожней, здесь лед.

– В последнее время я в самом деле боюсь упасть, – призналась спутница, – но осторожность хороша отнюдь не всегда. Будь я осторожна с графом Савиньяком, мы бы так друг друга и не поняли. Поверьте, я высоко ценю вашего отца и поэтому раскрываю карты первой. Вам, я имею в виду Валмонов, не следует опасаться моего брака с Эпинэ. Да, мне жаль огорчать маму, которая видит в этом сразу и мое счастье, и спасение Талига, но у меня есть и собственное мнение. Вы куда лучший сын, чем я – дочь. По крайней мере, пока ваше сердце молчит.

– Оно не молчит.

– Оставьте. Душу, успевшую пережить и пренебрежение, и… взаимное… понимание, вам не обмануть. При Франческе вы всего лишь исполняете некую повинность. Не будь моя подруга столь счастлива в своей любви, я бы сочла вашу игру оскорбительной, но сейчас это скорее забавно. Волочась за Франческой, вы охраняете графиню Савиньяк, защищаете себя от слетевшихся в Старую Придду девиц и их маменек и заодно следите за Малым двором, при котором в самом деле происходит немало любопытного. Проэмперадора Севера, по понятным причинам, это тоже занимало, но впредь лучше обходиться без крови. Мы с Франческой сумеем сохранить девицу Манрик до тех пор, пока ей не найдут должного применения.