– Я пойду, – внезапно заявила толком не дожевавшая пирожное Иоланта, – с госпожи графини нас хватит! Айрис, не дергай меня, пожалуйста! Это наше… воспитание – сплошное вранье! Все такие душечки-сюсюшечки… а потом ленты лопаются!

– У вас лопнула лента? – забеспокоился Марсель, которому тактичность девицы Манрик следовало бы приветствовать. – Снова?

– Ничего у меня не лопнуло, – рыжее чудо ожидаемо огрызнулось, но как-то без огонька, – просто совесть иметь надо! То есть ясно же, что мы надоели. Госпожа Скварца ушла, теперь вот и господин маршал…

– Они устали, – Валме покосился на явно не стремящегося уходить Давенпорта, – но мы решили дождаться утренней звезды, а регент не советует отказываться от принятых решений. Давайте выпьем, а решать будем потом. Чарльз, ты не возражаешь?

– Возражать может лишь хозяйка дома, – Давенпорт учтиво наклонил голову. – Сударыня, как нам лучше поступить? Только не бойтесь нас обидеть, мы вас поймем правильно.

– Понимание сродни счастью, – отцовская любовь глядела загадочно, будто свеча в темном стекле отражалась.

– Но вы не ответили.

– Данные зароки лучше соблюдать.

– Мы остаемся, – тут же решил за всех Валме. – Дорогие дамы, мы с капитаном Давенпортом пьем за вас.

Графиня рассеянно кивнула, баронесса улыбнулась, виконтесса просто осушила бокал. Лихо, впору корнету, а то и капитану. Ожидание рассветной звезды продолжилось.

Пыталась притвориться гитарой лютня, журчало вино, шуршали платья дев – подуставшие от чинного сиденья гостьи с разрешения виконта забрались на кресла с ногами. Франческа со своим маршалом ожидаемо не возвращались, и это было печально, в точности как в одной из «песенок» Рокэ. Пришлось спеть сперва на кэналлийском, а потом и в переводе. Собственном, плохоньком, но Айрис, кажется, поняла, а Иоланта уронила блюдечко и разозлилась если не на себя, то на отсутствующе-присутствовавшего Арно.

– «Я иду мимо тебя… – как могла подпела девица и сунула под нос виконту свой бокал… – я не оглянусь».

– Ибо незачем, – Валме заодно плеснул «слез» и себе. – Ваше здоровье.

– Спасибо. У Айрис бокал пустой.

– Прошу прощения… – Разнести подруг по их комнатам они с Чарльзом смогут, но лучше пусть отсыпаются здесь. – Это суфле восхитительно. Попробуйте.

Девы и Давенпорт взялись за ложечки, Марсель – за лютню, он запел бы и в одиночестве, но среди людей это было приятней… Это было… было… было… всё было, и любовь, видимо, тоже. Потом почти ушла, но не стала хуже, как не становится хуже вино, если его осталось лишь на самом донце бутылки.