– Клоноделы с Камино уже однажды подвели вас.

Дамаск кивком признал справедливость его слов:

– Потому что я снабдил их образцом-йинчорри. Они намекнули мне тогда, что воспроизвести твой вид было бы намного проще.

– Вы снова обратитесь к ним?

– Нет. Нельзя, чтобы кто-то связал эту армию с нами. Но я знаю человека, которого я, возможно, смогу убедить сделать заказ.

Палпатин ждал продолжения, но Дамаск не стал развивать тему. Однако и того, что было сказано, хватило, чтобы привести Палпатина в полное оцепенение. Внезапно он поднялся и отошел от скамейки.

– Вели неймодианцам начать блокаду, – сказал Дамаск, обращаясь к его спине. – Важно, чтобы события начали развиваться до того, как откроется конференция на орбите. – Когда Палпатин не ответил, муун встал и проследовал за ним. – Что тебя гложет, Сидиус? Может быть, то, что ты ощущаешь себя мальчиком на посылках?

Палпатин внезапно развернулся к нему:

– Да, временами. Но я знаю свое место и доволен им.

– Тогда что тебя так взбудоражило?

– Неймодианцы, – с внезапной убежденностью в голосе выпалил набуанец. – Помимо Ганрея в переговорах участвовали еще трое: Хаако, Долтай и Мончар.

– Я немного знаю Мончара, – протянул Дамаск. – Он снимает апартаменты в «Шпилях Кальдани».

– Он отсутствовал, когда я в последний раз говорил с Ганреем.

Муун преисполнился подозрений и прошипел:

– Где они в тот момент находились?

– На борту своего флагмана. Ганрей заявил, что Мончар переел жирной пищи и теперь болен.

– Но ты-то думаешь иначе.

Палпатин кивнул:

– Хнычущий лизоблюд слишком много знает о блокаде. Полагаю, он в бегах и не прочь подзаработать.

В глазах Дамаска полыхнул желтый огонь.