– Королева! – с наигранным изумлением воскликнул Палпатин.

– Вы можете передать сигнал в мой кабинет? – осведомился Валорум.

– Специалисты говорят, сигнал очень слабый, но они сделают все, что в их силах.

Палпатин и Валорум повернулись к голопроектору и стали ждать. Несколько секунд спустя дрожащее, искаженное помехами трехмерное изображение юной королевы Набу высветилось над столом.

– Верховный канцлер Валорум, – сказала она. – У меня для вас новости чрезвычайной важности. Безо всякого предупреждения неймодианская фракция Торговой Федерации объявила блокаду планеты Набу. Их огромные грузовые корабли окружили наш мир, и никому более не позволяется совершать посадку или взлет.

Палпатин и Валорум обменялись потрясенными взглядами.

Как идеально она играет свою партию, подумалось Палпатину. Сидит на троне такая накрашенная говорящая кукла в пышном наряде. Царственная осанка, уверенный голос, длиннобородый советник Сио Биббл по одну руку, темнокожий начальник службы охраны Панака – по другую…

– Ваше величество, неймодианцы выдвинули какие-нибудь требования? – спросил Валорум, когда синяя голограмма замерцала, стабилизировалась, а затем снова замерцала.

– Наместник Ганрей утверждает, что блокада была объявлена в знак протеста против решения Сената обложить налогом зоны свободной торговли. Он уверяет, что любые попытки прорвать блокаду будут встречаться огнем на поражение. Если новые постановления не аннулируют, он готов уморить голодом все население планеты.

Валорум сжал кулаки:

– Ваше величество, сенатор Палпатин здесь, со мной.

Ни выражение лица Амидалы, ни тон ее голоса не изменились:

– Сенатор Палпатин, хорошо, что вы узнали эти прискорбные вести из первых рук.

– Ваше величество. – Палпатин вступил в поле зрения голопроекторных камер и поклонился. – Я немедленно свяжусь с делегатами Торговой Федерации и потребую, чтобы блокаду сняли.

– Боюсь, простые требования ничего не изменят, сенатор. Набу просит, чтобы Республика вмешалась в эту ситуацию как можно скорее.

– И Республика непременно вмешается, ваше величество, – ответил Валорум, быть может, даже слишком поспешно. – Я созову чрезвычайную сессию… Пока ситуация не разрешится, Набу будет гарантировано мое безраздельное внимание.

Амидала кивнула:

– Вы проявляли большую благосклонность к нам в прошлом. Мы верим, что вы сделаете все, что в ваших силах, ведь вы – наша единственная надежда.

Передача внезапно прервалась.

– Гнусные дела дают о себе знать, – молвил Палпатин.