— Лейтенант! Ау, лейтенант! — эти слова разогнали туман моей прострации.

— А… — Я обернулся.

— На «а» столько смешных рифм, обхохочешься! — передо мной стоял кап-три со злым лицом и повязкой поверх рукава: «Дежурный». — Ты что, контуженный?

Позади виднелась колонна военных, которых дежурный за ноздрю конвоировал. Ваш покорный слуга мешался на дороге.

— Проснись, лейтенант! Прими в сторону, ты своей ж-ж-ж… затянутым в китель филеем весь коридор перегородил! Пошел вон, короче!

Я извинился и «пошел вон», провожаемый ворчанием злого кап-три. Понабрали ушибленных, так и лезут на флот, а еще парадку напялил… Колонна скрылась за поворотом.

Усталые лица, потухшие глаза, ноги едва поднимаются. Разглядел нашивки: АВТ «Рюрик». Все ясно, новенькие, как и я. Только что прибыли, не очнулись после X-перехода и семи кругов ада, через которые летал авианосец. Ну что же, с пониманием…

Побрел слоняться в неизвестное куда-нибудь. Начальству представился, на довольствие зачислен, истребитель принял, завтра начнется служба, но до завтра еще надо как-то дотянуть наедине с мыслями и воспоминаниями. Которые вовсе не мармелад — кровь на песке…

Глетчерный гудит.

Недалекий Город Полковников гудит тоже. Как и космодромы А, Б, Специальный. На Восемьсот Первый парсек идет грандиозная переброска сил. Авианосные соединения, линкоры, фрегаты, рембазы, транспорты с войсками и техникой. И танкеры, танкеры, танкеры — война любит люксоген и прочее горючее.

Небо, невысокое серое небо, подсвеченное красной звездочкой С-801 и двумя пленочными гиперболоидами на орбите, трещит по швам. Стартуют звездолеты и флуггеры, на их место заходят новые, и опять старты, пуски, взлеты.

Кукловоды боевых действий взяли короткий антракт.

Клоны выбили нас из всего Синапского пояса. Страшно измордовали они наши эскадры. Первый Ударный флот потерян почти в полном составе — обреченный принимать бой по частям, раздерганный на тысячи парсеков Дальнего Внеземелья. Клоны собирают силы, подтягивают тылы, физически не успевающие за победоносными авианосцами адмирала Шахрави, чтоб его цирроз посетил.

Ну а какая драка с растянутыми линиями снабжения?

Правильно — никакой.

Клоны это понимают.

Значит, пауза.

Главком Пантелеев, наш бог войны, тоже все понимает. С такими потерями в технике и территориях наступательные операции невозможны. Остается уповать на его оперативное мастерство и формулу «размен пространства на время».

Ценой чудовищных жертв нам удалось выиграть время. Теперь мы можем накопить силы и подготовить правильное генеральное сражение. Которому суждено состояться здесь, в системе звезды С-801, так же известной кому надо, как Восемьсот Первый парсек.