Рэндом положила голову ему на плечо — в первый и, возможно, последний раз.

— Мы спасены, папа? Сколько раз может спастись одна и та же группа людей? Вряд ли у Вселенной остались еще шансы для Дентов?

Между ними каким-то образом ухитрился втиснуться Форд.

— Минимум один еще шанс. Насколько мне известно, бога невозможно убить ничем.

И тут «ГЛИСТ-Э» взорвался. Ну вроде того.

Это не напоминало обычный взрыв — в том смысле, что все, кто ожидал традиционных «бамм!», или «бабах!», или «тарарах!», столь излюбленных кинорежиссерами и авторами компьютерных игр по всей Вселенной, посчитали бы себя слегка надутыми. Взрыв не сопровождался ни ударной волной, ни вспышкой, ни градом обломков — просто раздалось громкое «уфффффф», а потом на месте, где только что была торпеда, вспух идеальной формы куб из какого-то зеленого материала. Материал трещал и искрил разрядами, создав на несколько секунд помехи местным спутниковым сетям, а потом рассыпался на шестнадцать кубов поменьше.

Форд озвучил то, о чем сразу же подумало большинство людей:

— Какие-то маленькие кубики. Гораздо меньше, чем Тор.

Один за другим кубики полопались, и их содержимое просыпалось на землю серым пеплом. Тор исчез.

— Где-то завалялась ведь у меня палочка радости, — сказал Форд, роясь в сумке. — И пара яиц морского дракона. Так хоть уйдем с песней.

Что-то блеснуло в небе над головой у Зафода.

— Глянь! Видал?

Хиллмен не потрудился отвечать, потому что решил, что не будет больше разговаривать с Зафодом, мать его, Библброксом.

Зафод уже несся бегом через бульвар.

— Сувенир! — крикнул он через плечо. — Сувенир!

Добежав до места, куда падал с неба серебристый объект, Зафод принялся маневрировать, пытаясь занять позицию точнее.

Могу ли я? — думал он. Возможно ли такое?

— Камера! — взвизгнул он на всякий случай. — Кто-нибудь, да снимайте же это!