Или это он смотрел на Кэт не так, как на других женщин?

Мысль была неожиданной, интересной, но… несвоевременной.

– Нет, – улыбнулась она так… словно знала все тайны этого мира. Тоже взглядом показала на блюдо, спросила; – Накормишь?

Расстегнув фиксатор рубашки и закатав рукава, Шторм взял тарелку, придвинулся к девушке поближе.

Тело уже реагировало на присутствие рядом привлекательной особы, но… вопреки ожиданиям, именно с этой хотелось не просто скорее оказаться в комнате на втором этаже, а продолжить эту бесхитростную, но оказавшуюся волнительной для него игру.

О ее главной цели он не забывал, как и о своей, но… как-то так получилось, что на данный момент обе цели оказались главными.

Обмакнув кусочек рыбы в соусе, поднес к ее губам, внешне оставаясь довольно равнодушным, но с внутренним трепетом наблюдая, как Кэтрин надкусывает мясо зубками. Называть их зубами казалось кощунственным.

«Романтик, мать вашу…»

Было в этом что-то новое, то, что давно хотелось попробовать.

Он даже помнил, когда впервые ощутил эту потребность. В тот самый миг, когда осторожно убрал руки Лиз со своей шеи и отступил назад. Ему остро хотелось с силой прижать ее к себе, впиться в манящие губы, сорвать с них стон…

Между ними стоял Ровер. Единственный… друг.

– Вкусно! – вскинула она брови, проглотив. – Неужели и это правда?!

– Валесантери рассказал? – догадался Шторм. – Предатель!

– Ну, зачем сразу предатель?! – улыбнулась она, беря кусочек с тарелки и поднося к его губам. – Он беспокоился о счастье своей сестры!

Он хотел ответить что-нибудь соответствующее, но не успел. Как не успел и воспользоваться ее заботой о нем. Отвлекла вибрация комма.

Дав мысленную команду активировать сообщение, отвел взгляд, считывая текст на поле интерфейса. Привет был от… старшего из младших Горевски. На Приаме ситуация практически вышла из-под контроля.

Желание извиниться и отправиться в рабочий кабинет Управления он послал туда, куда обычно отправлял мысли об отдыхе. Его присутствие там, а не здесь, ничего не изменит. Все, что он мог, он сделал, оставалось довериться своим людям и ждать результат.

– А он уверен, что ее счастье – я? – невинно поинтересовался Шторм, не дав ей понять, какая именно дилемма стояла перед ним мгновение назад.

Кого пытался обмануть?! Своего птенца?!