Удивило Индарса не это, для их мира такие случаи были несвойственны, но возможны. Поразительно было другое: Мики, теперь Микари, продолжала дело супруга — вела торговлю со своей бывшей родиной.

Отдав приказ негласно помогать женщине, Индарс на какое-то время о ней практически забыл. Пока внезапно не понял, что именно кольнуло, когда просматривал отчет разыскников. Мальчик, девять лет… Тогда они были еще вместе, и в ее верности он не сомневался. Ребенок мог быть только его сыном. Это подтвердил не только самый приблизительный подсчет, но и генная карта, которую он потребовал достать.

Вот тогда и наведался к ней. Не как император, как мужчина, желавший узнать правду.

Мики юлить не стала, хоть и особой радости от встречи не выказала. Да — сын, да — промолчала. У нее было два варианта: избавиться от плода или скрыться, чтобы не сделать себя и будущее дитя уязвимыми. Что Ирас — имя вымышленное, знали многие, а вот кто прячется за ним — единицы. Среди них оказалась и она. Случайно.

Индарс не навязывался, словно принял ее выбор. Так думала она, Индарс же знал: как только сыну исполнится шестнадцать и он, по законам империи, сможет быть признан старшим мужчиной в семье, все изменится.

Так и произошло. На следующий день после совершеннолетия Рокоса, Индарс вновь пришел в их дом. Не требовать, просить. Как император он имел право на пять жен, Микари могла стать одной из них — не вопреки обычаям, но все равно в виде исключения, но отказалась.

Таши бы тоже отказалась, но он не предлагал ей этот брак совершенно из других побуждений. Она была из тех, для кого либо все, либо… ничего. Он относился к последнему.

О том, что нашел Мики, Индарс не пожалел. Она была и страстной любовницей и… надежным другом. А из Рокоса получился хороший верный. Иногда император жалел, что не он — наследник, иногда… радовался, не желая ему своей судьбы.

Его жизнь не терпела однозначности.

— Адмирал Искандер, — выпрямившись и отступая в тень, произнес верный за мгновение до того, как открылась дверь в кабинет.

— Император Индарс, — приветствовал тот старха, переступив через порог. — Прошу простить, я заставил вас ждать…

— Проходите, адмирал, — перебил его Индарс, напоминая, что с церемониями они уже давно покончили. — Не стоит объясняться. О том, что «Легенда» ушла в прыжок, мне уже доложили.

Искандер мог бы дать понять, что ничего другого от императора не ожидал, но выбранное тем время для аудиенции наводило на мысль, что разговор предполагает быть серьезным. А раз так… развлечься недомолвками они сумеют и в другой раз. Если он появится.