Молитва — не молитва, но когда доходило до такой степени накала, отрезвляло.
— Нет! — с тем внутренним спокойствием, когда остальные слова бесполезны, ответил он.
— Остается понять, — кивнула я, — почему это разговор завел лишь теперь. Впрочем, — не дала я ему удовлетворить свое любопытство, — гадать тут нечего, — посмотрела на табло.
До входа в сектора самаринян оставалось пять минут…
Последние пять минут в нейтральной зоне… Принимать решения поздно, если только… тоже принимать, но уже к сведению.
— Так что там с Валандом? — отметив, что Шуте сбросил защитный купол, равнодушно поинтересовалась я.
Будь у меня право выбора…
Права выбора у меня не было. Если Орлов считал, что мое место на Самаринии…
Последняя мысль слегка подправила сложившуюся картинку, сменив приоритеты. Орлов считал, что мое место на Самаринии — этот момент определял все остальное.
— Скажем так, — хмыкнул Низморин, — в роли жреца я его совершенно не представляю. Шантропа! Десантник, хоть и с хорошими мозгами.
— А мы говорим об одном и том же Валанде? — приподняла я бровь, догадываясь о подоплеке подобной характеристики. Всего лишь попытка подправить оставшееся после разговора ощущение.
— На женщин он всегда умел произвести правильное впечатление, — хохотнул Низморин, чтобы тут же оборвать самого себя.
Перевел взгляд на табло, где обратный отсчет замер безликим нулем, одернул китель…
— Мы — справимся…
И кто из нас упоминал о молитвах…
Глава 5
Глава 5
В дверь долбануло чем-то тяжелым. Потом еще раз и еще…
Шторм окинул быстрым взглядом оперативку — мало ли что упустил, посмотрел на информер — тот был красным, как он и помнил, и лишь после этого поднялся, выщелкивая из фиксатора парализатор.
Выглядело глупо — не с той системой безопасности, которой заведовали отъявленные параноики, но ведь иногда случались и совсем уж неожиданности.