Я оставил Джанни, чтобы вернуться к остальным. Там мы раскрыли зеленый пакет. Гнилью не пахло, но содержимое оказалось твердым, как камень.

Пейтер принюхался, осторожно лизнул, потом отломил кусочек и начал задумчиво жевать.

— Никакого вкуса, — наконец сообщил он. Потом посмотрел на нас и улыбнулся. — Ждете, что я упаду на пол и забьюсь в конвульсиях? — спросил он. — Не надейтесь. Кстати, когда пожуешь, оно размягчается. Как зачерствевший крекер.

Ларви нахмурилась.

— Если это на самом деле еда… — Она умолкла и задумалась. — Если это на самом деле пища и ее оставила здесь Триш, почему она не осталась? Или почему не упомянула о ней?

— Триш очень испугалась, — предположил я.

— Конечно. Но ведь сообщение она записала. И там ни слова об этих концентратах. Ведь специалисты Врат решили, что она нашла Пищевую фабрику, помните? Они основывались на обломках, найденных на планете Филлис.

— Может, Триш просто забыла сообщить о них?

— Не думаю, — медленно проговорила Ларви и надолго замолчала. Больше сказать было нечего. Но в следующие день-два мы не ходили поодиночке.

День тысяча триста одиннадцатый. Вера молча восприняла информацию о нашей находке. Немного погодя она передала инструкцию проверить содержимое пакетов с помощью химических и биологических анализаторов. Мы уже сделали это, и если у Веры и появилось какое-нибудь заключение, она нам его не сообщила.

Мы тоже. Собираясь вместе, наша команда в основном обсуждала, что делать, если База не найдет способа переправить Пищевую фабрику к Земле. Вера уже предложила установить остальные пять двигателей, запустить на полную мощность и проверить, сможет ли фабрика преодолеть их совместное усилие.

Предложения Веры — не приказы, и Ларви говорила от лица всех, когда ответила:

— Если мы включим движки на полную мощность, следующим шагом будет попытка запустить их сверх рассчитанной мощности. А это может запороть двигатели. И тогда мы тут застрянем на веки вечные.

— А что, если нам прикажет это сделать Земля? — ни на кого не глядя, произнес я.

Пейтер ответил раньше всех.

— Будем торговаться, — свирепо проговорил он. — Если они хотят, чтобы мы рисковали дополнительно, пусть увеличивают гонорар.

— Ты будешь торговаться, папа? — удивилась Ларви.

— Конечно. И послушайте, что я скажу. Допустим, у нас ничего не выйдет. Допустим, нам придется возвращаться без этой поганой фабрики. Знаете, что мы сделаем? — Он обвел нас многозначительным взглядом и важно продолжил: — Мы перенесем на корабль все, что сможем унести. Помните, мы нашли небольшие механизмы, которые легко снять? Может, они будут действовать и на Земле. Мы набьем наш корабль до предела, выбросим все, без чего сможем обойтись. Оставим тут большую часть бокового груза, на его место привяжем большие механизмы. И привезем, не знаю сколько, может, на двадцать, а то и на тридцать миллионов артефактов.