Внутри геля проснулся улей комплекса "Боггарт", неторопливо выцарапался из изоляционной оболочки и врезался сотней нано-фрез в центр "безопасного сектора". "Проесть" слабое бронирование не было особой необходимости, достаточно было обеспечить доступ к гнезду крепления датчика, имеющего прямое сообщение с участком внутренней сети обнаружения и контроля. Искомое было получено через два часа упрямой работы, сопровождаясь потерей двадцати процентов улья "Боггарт" и восьмидесяти процентов улья "Гремлин": нагревшихся в ходе сверления крошечных "солдат" окружали товарищи из "Гремлина" и совместно "выходили" из геля в открытый космос, забирая с собой избыточное тепло, чтобы даже на четверть градуса не нагреть общую для всех субстанцию и не дать мине повода для самоподрыва.
От остатков "Гремлина" никто не требовал дальнейших подвигов. Пробуждался улей "Баньши".
Комплекс, созданный для борьбы с диверсионно-разведывательными ульями, обладал на порядок меньшими размерами, высокой энергоэкранированностью и десятком "естественных" поведенческих алгоритмов, призванных надежно скрывать себя, пресекать искажения сети, осуществлять их фильтрацию, а так же бороться с чужими "солдатами" за счет возможности инициации кратковременного крика-энерговсплеска на базе подконтрольных "Баньши" энерговодов. Бороться внутри "юнита" было не с кем. Но фильтровать, по мнению того, кто направил улей, следовало все.
За следующие двенадцать часов "Баньши" расползлась по проводке до главного хаба этого участка обшивки, затем от него — ко всем подконтрольным датчикам. "Ломать" все датчики на площади в шестьсот квадратных метров, с учетом энергозатрат и времени на дешифровку уникального кода, было нецелесообразно. Ресурса же "Баньши" вполне хватало, чтобы успешно отсеивать спектр сигналов "тревожной" линии, пропуская исключительно "спокойную" метрику вглубь юнита.
Через десяток минут после завершения и контрольной проверки, блокированные датчики буквально орали о тревоге. Но были не услышаны. Хотя, на самом деле, пока не происходило ничего страшного — просто, повинуясь нехитрой химической реакции, исходящей от проколотых ульем пузырьков с реагентами, участок геля засветился, окрашивая с соответствующим тепловыделением "безопасную" часть обшивки люминофором — в виде двух пересекающихся под прямым углом отрезков.
В пустоте, опережая траекторию юнита всего на шесть часов, небольшой автономный модуль совершил крошечным топливным двигателем три эволюции и замер, чтобы через некоторое время пристыковаться ровно в центр ярко светящегося креста.