— Куда я отправился?

— С планеты на планету, без особого специального маршрута.

— Я был один?

— Да. Только ты и Сэм.

— А ты пыталась выведать у меня насчет карты и всего такого, но ничего у тебя не получилось?

— Вот именно. Я бросила это занятие и удрала от тебя, тогда мы в основном прекратили наблюдение. К тому времени наши технологи смогли разобраться с тем предметом, который ты нам передал. Тогда им стало ясно, что это продукт неизвестной технологии.

— Но они не были уверены, что это карта?

Она кивнула.

— Они-то как раз были уверены. Но природа закодированных там данных настолько сложна, что практически невозможно их расшифровать. К тому времени оказалось, что почти все во вселенной знают про тебя и карту ну буквально все. Потом нам донесли, что тебя видели в Гидранском лабиринте. Тебя проследили оттуда до Бернарда, где ты взял груз, тот, который сейчас везешь. Мы обнаружили, что ты собирался доставить его в Ураниборг. На пути ты подхватил меня во второй раз. То есть в первый.

Парадокс оказался реальностью.

— А как Уилкс впутался во все это?

Она опустила глаза.

— Через меня. Я рассказала моему отцу про карту. — Она виновато поглядела на меня. — Власти стягивали петлю все туже. Недавно были целые волны арестов. Про это ничего не говорили в новостях, только слабые намеки. Эту карту, как горячую картошку, передавали из рук в руки, нигде она долго не задерживалась, иногда все делалось за считанные минуты до стука в дверь. Казалось, что карта в конце концов окажется в руках властей. Именно тогда я ему сказала. Он собирался взять меня с собой — сюда. — Одинокая слеза скатилась по щеке. — Я пыталась спасти его… я пыталась спасти движение… и то и другое… я… — она упала на траву и стала горько плакать.

Я дал ей выплакаться, потом взял ее за плечи и поднял с травы, осторожно отвел ее руки от лица.

— Мне нужно узнать еще одно, Дарла. Что это? Сам предмет, я хочу сказать. И у кого он теперь?

На нее спустилось спокойствие. Она перестала дрожать, и дыхание ее стало медленнее. Она пригладила волосы и привела в порядок одежду, потом глубоко вздохнула. Потом протянула руку к своему рюкзаку, вынула обыкновенную косметичку и открыла крышку. Там были всевозможные краски для лица, вполне пригодные для тех масок-кабуки, которые женщины нынче рисуют на своих физиономиях. Такую косметичку жена высокопоставленного лица из властей вполне может взять с собой в оперу. Она запустила в ящичек два пальца и вытащила черный предмет. Она вытерла его рубашкой из рюкзака, потом положила его мне в руку. Это был черный-пречерный кубик с ребром примерно в пятьдесят миллиметров.