— В этом шевроле? — спросил я, показывая на винного цвета сокровище, которое было поставлено между кучами провианта.

— Нет, в оригинале, с которого была сделана эта копнящей пожал плечами. — Мне кажется, что эта штука выглядит точно так же, даже царапины в краске те же самые, но это не может быть та же самая машина, в которой я был в ту ночь, правильно? Значит…

— Я сомневаюсь, — сказал я. — Ну ладно, тебя втянули внутрь корабля.

Карл сомкнул губы, превратив их в тонкую линию.

— В чем дело? — спросил я.

— Не хочу больше разговаривать об этом.

— Почему, Карл?

— Потому что я сойду с ума, если и дальше буду об этом говорить.

— Это было так скверно?

Он немного подумал, прежде чем ответить.

— Физически — нет, не плохо. Они со мной ничего не делали. Но внутри корабля было… не знаю, как-то странно. Я был совершенно дезориентирован, перепуган, я не мог понять, что происходит.

— Это неудивительно, — сказал я. — Они с тобой вообще разговаривали?

— Да, говорили со мной. Кто-то говорил. Какой-то тип. Я никогда его не видел, но я никогда не забуду его голоса.

Мы все очень удивились.

— Голос был человеческий? — спросил я.

— Да. У него был какой-то акцент. Может быть, английский. Немного похоже на то, как разговаривает Джон — но не совсем. Но он говорил, как «голубой».

— «Голубой»?

— Ага. Ох, простите. Я имею в виду… словно гомосексуалист.

— О-о-о…

— Черт, не знаю. Он просто говорил как-то странно. — Карл посмотрел на Джона.