- Я, дочь и они,- сказал Виккерс, кивнув в сторону Харема и Фарлен, стоявших рядом.

- Кто вы?

- Мы хорошо заплатим,- добавил Виккерс, как бы не расслышав вопроса,- по сто мил в день с человека,- но, увидев изумление, отразившееся на лице женщины, поспешил добавить:- С питанием…

Женщина задумалась. Видно было, что она прикидывала возможности не упустить выгодную сделку, дающую ей сумму, превышающую получку за месяцы каторжного труда и ее возможности.

- На сколько дней?- поинтересовалась она.- От пяти до десяти. Деньги даем вперед.- И Виккерс достал из-под своих лохмотьев несколько монет, при виде которых у женщины исчезли остатки колебаний.

- Я поживу это время у соседки, а вам отдам свою комнату. Только скажите, что вы мои родственники из Такна. Иначе будет скандал, соседи заявят, что у меня появились нетрудовые доходы.- И, уже с явной гордостью, добавила:- Вам повезло, у нас всего четыре семьи на кухне!

Ее гордость была понятной: большинство имело по восемь, а кое-где и по шестнадцать хозяев-работяг на одну кухню.

Виккерс тоже мог гордиться знанием психологии аборигенов… Только одна мысль омрачала его триумф. Он подумал: «До чего же прочна в людях жадность!»

Несмотря на нищенскую обстановку и тесноту, группа осталась довольна житьем.

Виккерс пытался разобраться, почему бессильна телепатия, Харем экспериментировал с отказавшим трансгрессором, Фарлен занялась одеждой…

Она приобрела более приличную экипировку для себя и своих друзей, но решила не использовать ее полностью, пока не подыщется более подходящее пристанище. Если в рабочих кварталах появится одетый со вкусом прохожий - это бросит тень подозрения на весь квартал… Свой рваный плащ она отложила, и сейчас вид ее вполне соответствовал рабочему средней категории.

Виккерс и Харем выходили из дому в своих накидках, а позже, по ходу событий, снимали их, укладывая в сумки.

Больше всего Виккерса беспокоило отсутствие оружия, если не считать музейного пистолета. Поскольку Разведчики владели всеми видами оружия, проблема сводилась к приобретению оружия аборигенов.

Ранним утром - солнце только высветило верхушки гор - Виккерс почувствовал, что блокада мозга исчезла. И тут в его мозгу начал звучать хвалебный гимн в честь Фара и его наместников на Эгине. Виккерс попытался вступить в контакт со своими спутниками, что ему удалось. В их мыслях царили недоумение и некоторая растерянность

«Ничего, знание этого дурацкого гимна нам не помешает,- успокоил их Виккерс,- я думаю, что остальное время гипноизлучатель дает фон, подавляющий мозговую деятельность… Он же «давит» наши передачи».