– Эйя не скрывает от тебя ничего, – сказал Амон, оборачиваясь на спутников, – ты, как Эваларин, дочь Марса, сама не хочешь услышать правды. Это единственное объяснение ее… молчанию.

– Может, ты и прав. – Она взглянула на южанина с подозрением. – Твоя душа что-то тебе показала? Или кого-то?

Амон глянул на принцессу через плечо. Помолчав с несколько секунд, тихо произнес:

– Это эверы. Ты слышишь их, последних защитников Источника, которые пробуждаются за несколько дней, часов до гибели любого острова…

– Эверы, – повторила Эвала с усмешкой. – …Всего лишь эверы.

– Хм-м? – удивился Имэ, припомнив недавний разговор с южанином. – Ты знаешь о них?

– Эйя знает, как и любая перводуша. – Перед мысленным взором девушки промелькнули картины воспоминаний Странника. – Хотя и не встречалась с ними лично. Что ж, значит, последняя Реликвия надежно охраняется, – развела Эваларин руками.

Риджу поднялся еще выше, как вдруг огонь в чаше стал разгораться сильнее, вырываясь из нее к самому своду пирамиды. Горячие алые капли начали падать на черные камни, расплавляя их.

Равэ почувствовал резкую боль внутри, и метка генерала стала обжигать кожу. Потом что-то или кто-то будто бы нанес ему удар в грудь, отчего у него сбилось дыхание, и он опустился на одно колено, оперевшись на руку

– Он идет… – прохрипел беглец.

Огонь из чаши вырывался все сильнее, и уже десятки лавовых ручейков бежали вниз по ступеням. Ран в два прыжка оказалась рядом с другом, обнажила хопеши, выходя вперед и закрывая собой Имэ. Она успела отразить несколько летевших в него пылающих камней, прежде чем по залу пошла дрожь. Амон ловко и быстро спрыгнул вниз, видя, как лестница стала разрушаться. Вместе с Эвалой они подхватили Имэнири под руки и потащили к выходу. Они едва успели вернуться на мост, как громадные плиты стали обрушиваться вниз, оставляя в полу зияющие дыры.

– Отходим дальше! – скомандовал Амон. – К домам!

Из-под земли шел ужасающий гул, похожий на вой сотен диких зверей, а грохот вокруг стоял такой, что закладывало уши. Озеро бурлило, со дна били горячие потоки, шипя подобно змеям. Мост под ногами дрожал и шел крупными трещинами. Имэнири с трудом передвигал ногами, чувствуя, как теряет сознание, а перед глазами мелькали незнакомые образы неизвестных ему мест. Он видел генерала Фиро, ведущего его по петляющим лабиринтам подземелья, а потом снова возвращался в реальность. Сквозь окруживший их грохот и шум Имэ слышал ровный, спокойный голос предводителя огненной армии:

– Твой путь лежит через огонь, алая душа Аль Киля, и ты пройдешь его до конца.