– Но наши товарищи на Венере… - нерешительно начал Второв.

– Они нас давно похоронили, - перебил Мельников. - Мы должны сейчас думать только о безопасности звездолета. Он ценнее чувств. Одно дело совершать маневры в пустом пространстве и совсем другое - совершить спуск на планету. Это очень сложный и очень опасный маневр. Если корабль будет поврежден или даже разобьется на Земле - это одно, а если он разобьется на Венере - другое.

– В таком случае, летим на Землю.

– Ты думаешь, это так просто? А как ее найти? Как выдержать правильное направление? Без приборов, без наблюдений? Я потому и колеблюсь, что не уверен в себе. Вот если бы на моем месте был Константин Евгеньевич…

– Так что же делать?

– Только одно - лететь на Землю, - сказал Мельников, совершенно непоследовательно, но вполне логично по отношению к тому внутреннему процессу, который происходил в нем. "Трудно. Да, очень трудно, но необходимо. Значит, надо совершить невозможное, но спасти для науки звездолет фаэтонцев. Надо, во что бы то ни стало".

– Лететь на Землю, - повторил он. - Только на Землю.

– Ведь мы ее видим, - сказал Второв. - Можно направить корабль в нужную сторону.

– Это только на море, Геннадий, совсем просто направить корабль к берегу. Берег никуда не убежит, а Земля бежит, и бежит быстро. Между нею и нами почти пятьдесят миллионов километров. Это что… Девяносто шансов из ста, что мы проскочим мимо с любой из сторон и на неизвестном расстоянии. Конечно, - продолжал он, словно убеждая самого себя, - мы можем изменить направление полета и снова проскочить мимо. И так до бесконечности. А где гарантия, что двигатели способны работать без конца? Где гарантия, что мы и дальше будем сыты воздухом? Но выбора нет. Летим!

В эту минуту Мельников нисколько не думал о их собственной судьбе. Он не верил, что Второв сумеет посадить тяжелый корабль на поверхность планеты. Нет, конечно, они разобьются о Землю. Именно поэтому он не допускал мысли о посадке на Венеру, до которой было сравнительно близко. Обломки звездолета на Венере совершенно бесполезны. Те же обломки на Земле могут принести пользу. "Это наш долг, - подумал он. - Или мы достигнем каким-нибудь чудом Земли, или навеки затеряемся в пространстве. Другого ничего нет".

– На Землю!

– Летим на Землю, - покорно согласился Второв. Он не испытывал никаких сомнений. Его вера в Мельникова была непоколебима: Борис Николаевич все может. - Когда мы приблизимся к ней, нас заметят…

Что! Что сказал Второв?! Мельникову показалось, что его ударило электрическим током "Заметят…" Ну конечно заметят! Уже заметили, заметили давно. Мощные телескопы земных обсерваторий не могли не открыть астрономам, что возле Венеры появилось неизвестное тело. А если Белопольский поднял "СССР-КС3" и сообщил на Землю о случившемся, там уже знают, что представляет собой это неизвестное тело. Как он мог забыть об этом?.. Это совершенно меняет всю обстановку…