— Видела представление? — спрашивает Ракс.

— Видела, — отвечает она. — Это что, все ради меня?

— Нет. Моей аудиторией была вся Галактика. Но ты… — он причмокивает, — ты знаешь больше, чем многие. Следовательно, и понимаешь все намного лучше, чем кто-либо иной.

— Я ничего не понимаю. Почему бы тебе не объяснить? — Она вскидывает руки, слегка пожав плечами. — Ты так горд тем, что совершил, — так расскажи, что все это значит, советник? Или мне называть тебя Галли? Драгоценный маленький сирота?

Слова Слоун обжигают его, хотя он и пытается это скрыть. Губы его вздрагивают, лоб хмурится. Ее укол попадает в цель.

— У меня нет времени. Я ухожу.

Руки Слоун сжимаются в кулаки.

— Только через мой труп.

— Что ж, как пожелаешь. — Ракс направляется к ней. Он полон решимости преследующего добычу хищника — шаги его уверенны, но мягки, словно он хочет сказать: «Не беспокойся, малышка, я тебя не трону». — Вот что я тебе скажу, — на ходу продолжает он. — Ты была так близка к цели. Мы оба были к ней близки. Я всегда считал, что в конце ты будешь здесь рядом со мной. Но все вышло иначе… — Лицо его мрачнеет. — Совсем не так, как я представлял.

— Ты до сих пор думал, будто я примкну к тебе? После Акивы? После Чандрилы? Ты раз за разом швырял меня в самое пекло.

— Пламя закаляет некоторые клинки. — Он пренебрежительно взмахивает рукой, точно отбрасывая мусор. — И разрушает другие.

Ракс, улыбаясь, останавливается прямо перед Слоун.

— Я не дам тебе уйти отсюда живым, — говорит она.

— И каким же образом? У меня нет бластера. — Он приподнимает плащ, демонстрируя, что действительно безоружен. — Полагаю, мне стоило прихватить его с собой. Да и тебе тоже.

— Если бы желания были звездными кораблями…

— …то фермеры бы бороздили космос, — заканчивает он.

Подобравшись, точно сжатая пружина, Слоун бросается вперед — накопившиеся в ней ненависть и ярость готовы вырваться наружу, подобно обжигающему гейзеру. Ярость и ненависть концентрируются в ее кулаке.

Ракс не боксер. Ему не приходилось драться с себе подобными целую вечность, — возможно, он вообще никогда не дрался. И он не замечает неумолимо приближающегося удара.

Кулак врезается в его нос. Раздается хруст.

Ракс падает, и Слоун, рыча, наваливается на него.