— Нет.

— Думаешь, уйти хочу?

— Возможно.

— Если бы хотела, я бы давно… а так…

— И что тебя держит?

— Сама не знаю. Возможно, интерес. Знаешь, это как битва добра со злом, правда, ты в ней не участвуешь…

— Ты уже поучаствовала.

Косметичка стояла на полке. Обыкновенная. У сестры, кажется, имелась похожая, только цвета другого. А в остальном — пухлая сумочка, в которую влезало на удивление много всякого.

Крем для лица.

Мист… кто бы сказал, что это такое. Энергетическая суспензия. И тонер. И еще крем, только какой-то особый. И полупрозрачный футляр с дюжиной одноразовых инъекторов. Правда, от дюжины осталось лишь два. Кахрай вытащил один. Покрутил в руках, убеждаясь, что ни надписей, ни каких-либо опознавательных знаков на нем не было.

Отдавать?

Оставить?

Она и вправду не из тех, кто будет убивать себя, во всяком случае, прямо. Но и боль — хороший стимулятор. Так не стоит ли использовать ее себе во благо? Ведь даже пытать не надо, просто подождать немного, пока боль не станет невыносимой?

Кахрай молча положил инъектор на стол.

— Говорю же, порядочный… за это тебе бонус. Проверьте систему рециркуляции воды.

— Вирус…

— Да нет, вирус воду не любит. Насколько я поняла. Я не биолог, но… болезнь заставила, многое научилась понимать. Дело не только в этом… здесь система едва работает, и при повышении нагрузки фильтры просто-напросто не выдержат. Скорее всего случится сбой, сточные воды смешаются с питьевыми… а жажда — плохой советчик.

— Спасибо.

— Не за что, — она прижала ингалятор к шее. — Я тут не при чем. Этот корабль дерьмом набили, хотя я предупреждала… но жадность человеческая огромна. А лабораторий точно больше одной, как и ученых дураков, вроде твоего… тоже, гении… задачки решают и не видят ничего, никого, кроме этих вот задачек. Думаешь, он хоть на мгновенье задавался вопросом, откуда брались пробы? И остальное? И во что все это выльется?

— А ты знаешь?