– А вдруг я умер, а ты не знаешь, – прошуршала полотняная сумка. – Сидеть в одиночестве – от страха умереть можно.

– Ничего не в одиночестве, – обрадовался зацепке король. – Ведь в камере рядом с тобой сидит король из Ксанфа, а эта острая на язык ксанфская королева в третьей камере. Эта парочка не хотела вступать в переговоры со мной, им нужен был Знак. Вот я им тебя и подкинул.

– А вот и подтверждение, – шепнула Айрин, сжав рукой плечо Дора.

Дор кивнул. Они одержали победу. Говорящие вещи заставили короля признаться. Но это еще не все. Дор вновь сосредоточился и послал мешочку с семенами такую фразу: «Чувствую себя таким одиноким».

– Но я чувствую себя таким одиноким, – послушно повторил мешочек.

– Одиноким? – завопил король, схватил мешочек и тряхнул его. – Ты же сидишь в тюрьме замка Три-Ям, самого большого замка в королевстве. Там полно народу. Да я сам бы туда сел, и с превеликой охотой. Пошла прочь, торба неблагодарная!

И мешок улетел в окно следом за мечом.

Король кликнул стражу. Стражники все обыскали и никого – кроме короля – не обнаружили. Но потом они заметили верхушку лозы, торчащую над подоконником. Стражники бросились к окну. Айрин и Дор начали как можно скорее спускаться, цепляясь за стебли. Гранди просто свалился вниз и вскарабкался на спину кентавра.

– Отчаливай! – пискнул он.

Арнольд тяжело спрыгнул с платформы и галопом скрылся во мраке, но задними копытами так качнул платформу, что лоза сорвалась со стены и обрушилась. Айрин полетела вниз, а Дор повис, уцепившись за обрывок стебля. Но Загремел преданно ждал их внизу. Он подхватил Айрин. Юбка на лету успела взметнуться, обнажив панталончики... зеленые! Загремел осторожно поставил Айрин на землю. Дор кое-как спустился, цепляясь за обрывки лозы.

– Хорошо, что ты здесь, Загремел, – едва дыша, проговорил Дор.

– Что я? – скромно ответил огр. – Старикан все время был рядом. А теперь вот нет его, ускакал.

А это значило: огр снова потерял волшебную силу.

– Там кто-то есть, внизу! – завопил из окна король Ори. – За ним, в погоню!

У стражников не было с собой факелов, а пускаться во тьму за кем-то неведомым, да еще волшебным, им почему-то не хотелось.

– Меч, – пробасил огр, отдавая Дору его имущество. – Семена. – И он протянул мешочек Айрин.

– От всей души благодарю, Загремел, – шепнула Айрин. – А теперь уходим.

И только они углубились во тьму, как отворились воротца в стене замка, и отряд, вооруженный факелами, высыпал наружу.

– Толстяк, должно быть, понял, что мы устроили эту кутерьму, – произнес в темноте голос Дора.