– Пожалуй, – кивнула Годива. – Им нужен их ребенок, мне – мой, но, пожалуй, мой у них будет располагать большей свободой, чем их у меня. Они кентавры, на них можно положиться. Да, так будет лучше всего.

– Так ты согласна? Ты их отпустишь?

– Отпущу. Это и вправду самое разумное решение.

Дженни бросилась ей на шею.

– Тебе надо будет раздобыть новые очки, – деловито промолвила Годива. – Кстати, а что будет с тобой?

– Со мной? – не поняла Дженни.

– Ну, ты ведь попала в Ксанф случайно и домой вернуться не можешь. Че и моей дочурке ты здорово помогла, так что у них, надо думать, все будет хорошо. А как сложится твоя жизнь?

– Ну, не знаю. Как-то не думала.

– А не пора ли подумать и о себе?

– Сначала я должна передать Че слова его мамы.

– Что за слова?

– Она велела сказать ему: «Помни правило ночного жеребца». Ой, может быть, мне не следовало говорить тебе. Я имею в виду…

– Все в порядке, Дженни, – ласково сказала Годива. – Сейчас я отведу тебя к ним.

Направляемая твердой рукой Годивы; Дженни вскоре оказалась у дверей другой комнаты. Годива подтолкнула ее внутрь.

– Че и Гвендолин вон там, а твой кот, похоже, снова спит на подушке, – сказала она.

Это помогло девочке сориентироваться: ведь сейчас комната виделась ей размытым пятном с какими-то неясными фигурами.

– Дженни, где твои очки? – послышался голос Че.

– Я наткнулась на Горбача, – ответила Дженни.

– Тогда все понятно, – прозвучал голос Гвенни. – Я и не видела, что их нет, пока Че не сказал. Теперь ему придется помогать нам обеим.

– Буду рад, – объявил Че.