— А чего ты одна вернулась? Как тебя Генка отпустил?

— Да они там с друзьями в поход собрались на пару дней. Все взрослые дядьки и тетки — мне с ними не интересно. Я домой отпросилась. Все равно Генка завтра-послезавтра приедет. Он меня на поезд посадил — чего тут ехать-то?

— Ну да, — согласилась Маша. — А чего ты сразу ко мне, а не домой?

— Соскучилась, — улыбнулась Юля. — И у меня кошелек украли в поезде — с ключами и деньгами… Не знаю, что и делать.

— Поживи у меня! — не задумываясь, выдала Маша. — Хоть неделю!

— Нет, мне домой надо. Убраться, сготовить чего к Генкиному приезду.

— Ну, батя придет с работы — поговорим с ним. Может, он дверь откроет. Да и денег даст — тебе ж немного надо?

— Нет, конечно! Так, похавать чего купить… Рублей триста.

— Нет проблем! А вот, кстати, и батя! — Маша выскочила в прихожую на звук открываемой двери. Быстро и приглушенно затараторила, пересказывая Юлину историю отцу.

Вскоре они оба вошли в кухню.

— Ну, здравствуй, лягушка-путешественница! — прогудел высокий мужчина — Машин папа.

— Здравствуйте, Игорь Владимирович! — привстала Юля.

— Ну что, пойдем, посмотрим твою дверь, или посидишь еще у нас?

— Пойдемте, пойдемте! — заторопилась Юля. — Маш, я к тебе завтра зайду. Или ты заходи — поболтаем!

— Ладно, зайду. Пап, дай Юле в долг рублей пятьсот, не забудь!

— Зачем столько? — замахала руками Юлька. — Хватит триста!

Дверь открыть не удалось. То есть сломать замок было, конечно, можно, но тогда бы Юлька вынуждена была сидеть все время дома — не оставишь ведь квартиру распахнутой настежь! Поэтому Игорь Владимирович перелез от соседей на балкон Туриных, разбил форточку и, забравшись в квартиру, открыл дверь изнутри. С разбитой форточкой — не с распахнутой дверью. Все-таки лето, да и подушкой, если что, заткнуть можно.

— Дома-то есть ключи? — спросил Машкин отец.

— Должны быть, — Юлька заглянула в бар «стенки», где лежали документы, квитанции, прочие важные вещи. Потом вспомнила, что, перед тем как ее похитили, она переоделась в Маринино платье. Значит, ключи в ее старых джинсах… Но Машкиному отцу все знать необязательно, поэтому Юля сказала, глядя в раскрытый бар: — Ага, есть! Спасибо, Игорь Владимирович!

— Не за что! Бывай здорова! — кивнул мужчина и ушел.