Братья раньше не видели Гутторра так близко, однако были наслышаны о нем от взрослых. Ноги их от ужаса приросли к дороге и стали противно дрожать.

— Чего трясетесь? — спросил Гутторр вполне обычным, ничуть не страшным голосом. — Меня, что ли, испугались?

Мальчишки не могли вымолвить ни слова, зубы их клацали, отбивая мелкую дробь. Они дружно закивали головами.

— А чего меня бояться? — удивился кузнец. — Я детей не ем. Только взрослых! — Он захохотал над собственной шуткой. — Ладно, это я не всерьез… Откуда вы так неслись, будто меня увидели? — Он на мгновение скривил губы в подобии улыбки.

— Там… баба! — выдавил из себя старший брат.

— Страшная! — добавил Тукк. Хоть и был он самым младшим, но кузнеца почему-то испугался меньше, чем братья. — Из огня выпала!

— Из огня? — вновь засмеялся Гутторр. — Значит, это моя помощница! Я ведь тоже с огнем работаю. Ну-ка, пойду погляжу. Вы со мной? — захохотал он еще громче.

Мальчишки испуганно замотали головами, а Тукк даже заплакал.

— Да пошутил я! — Кузнец потрепал малыша по голове. — Бегите домой!

Мальчишки рванули так, что оказались возле дома раньше, чем долетел туда попутный ветер. Кузнец же, проводив их взглядом, направился в сторону тоненькой струйки дыма, поднимавшейся за селом.

Подойдя к ужасно грязной женщине, размазывавшей по испачканному сажей толстому лицу слезы и сопли, кузнец остановился, рассматривая ее с брезгливым любопытством.

— Кто ты? — спросил он.

— У.у.у! — промычала толстуха. — Лю-у-у… Что-то мелькнуло в ее выпученных безумных глазах, но тут же погасло.

— Пойдем-ка со мной, — поманил ее пальцем Гутторр и, постоянно оглядываясь, медленно зашагал от еле чадившего костерка.

Как ни странно, женщина поняла его слова, а может быть жест и, переваливаясь с боку на бок, потопала следом.

ГЛАВА 49

ГЛАВА 49

Подойдя к дому, кузнец остановился, критически оглядел с ног до головы свою странную спутницу. Пускать такую грязнулю внутрь ему явно не хотелось.

— Вот что, давай-ка сразу в баню! — решил он наконец и показал женщине на низенькую кривую избушку, стоявшую рядом с кузней.

Женщина послушно зашагала к ней. Там кузнец усадил ее на скамью в тесном предбаннике, а сам принялся за растопку. К счастью, вода в огромном котле рядом с каменкой имелась, в деревянной бочке возле высокой лавки — тоже, так что ему оставалось лишь принести со двора пару охапок дров. Проходя мимо гостьи, Гутторр каждый раз косился на нее, но та сидела неподвижно, молча, совершенно отрешенно — словно забытый в углу грязный мешок.