За Зутом бесшумно закрылась дверь переходной камеры воздушного люка — врата, отделяющие его от того мира, который он хотел покинуть, и ведущие в мир, его ожидающий.

Зут окинул взглядом пустую камеру и, испустив долгий вздох, постарался припомнить, все ли он сделал, не забыл ли чего, чтобы теперь спокойно расстаться с жизнью. И решил, что все его дела завершены. Диафрагма Зута дернулась от отчаяния.

Он вынул из кобуры бластер — при этом в кармане захрустел конверт с предсмертной запиской — и установил регулятор в положение «смертельно». Облизнул кончик носа, приставил дуло к виску под левым ухом. Сердце билось вяло, медленно.

До боли сжав веки, Зут мысленно, как того требовал ритуал, передал свою душу в руки Шестнадцати Активных и Двенадцати Пассивных Добродетелей, вызвал в воображении лицо леди Досвидерн, во имя которой он решил уйти из жизни. Образ возлюбленной получился нечеткий, расплывчатый — ситуация явно не способствовала качественной медитации. Зут выругался и попытался сосредоточиться. Образ стал отчетливее. Вот так-то лучше.

«Прощай, жестокий мир», — подумал Зут и уже готов был потянуть спусковой крючок, как…

У него за спиной отъехала в сторону дверь.

Зут от испуга взвизгнул и подскочил вверх на три фута. Сердце его забилось куда чаще, чем мгновение назад, когда он собирался покончить с собой. Обернувшись, Зут увидел Камисс и Жемчужницу — те стояли в дверном проеме, вооруженные пистолетами.

Жемчужница подмигнула Зуту:

— Думал, один управишься, герой?

Зут таращился на нее, не понимая ровным счетом ничего.

Жемчужница шагнула в камеру.

— Но ты не одинок, представь себе.

— Не одинок?

Зут решил было спросить, они-то с какой стати собрались расставаться с жизнью, но понял, что воспитанные хозалихи таких вопросов дамам не задают, и промолчал.

А Жемчужница расхохоталась:

— Ты, видать, решил всю славу себе приписать?

Лицо Зута отчаянно дергалось, он пытался развеять пелену, застилавшую его разум. В конце концов он изобразил на физиономии нечто вроде праведного гнева.

— Дамы, — требовательно вопросил он, — скажите, ради всего святого, что вам здесь нужно?

Жемчужница уже нажимала клавиши пульта управления воздушным люком.