— Иди отсюда.

— Скажи! — Фрюся сердито притопнула ногой. Явившись смиреной просительницей, готовой заложить душу, царевна начинала психовать. Еще бы, все получалось не по ее, и плевать, что лучше, чем ожидалось.

— Ладно, скажу. В мою честь свечки не ставят, а вставляют, самые толстые.

— Куда?!

— Себе в тыкву! Если через секунду ты будешь еще здесь, устрою так, что Злыгад тебя разлюбит и бросит!

Сроду не думал, что такая масса сала может так резво передвигаться. В секунду она не уложилась, но примерно через пять наверху хлопнула дверь, возвещая, что влюбленные воссоединились.

Каково же было наше удивление, когда спустя каких-то десять минут вновь появилась царевна. Памятуя ужас в глазах предыдущей посетительницы, когда она услышала угрозу, и поспешность, с которой ретировалась, все пришли к однозначному и правильному выводу: на сей раз это Хрюся.

— Лялечка…

— Души не покупаю, ни на что не меняю, ревизия у меня.

— Я не за этим.

— А что надо?

— Ты можешь кого-нибудь отвлечь так, чтобы он ни на что не обращал внимание?

— Могу, но не хочу.

— Ну, пожалуйста.

— Фигушки.

Дежавю. Я уже подумал, что сейчас царевна рассерженно топнет, и уже начал ее жалеть, но нет.

— Тогда научи, как это сделать.

— Это запросто. Можно, например, задурить башку, чтобы ее временно перемкнуло. Подходишь и спрашиваешь: что ты думаешь о дисперсионных трамблерах синусоидальной турбулентности квазитермального интеграла мультимедийного баттерфляя?… О-хо-хо, тебе такой способ не подойдет, тебя саму перемкнуло, — Лялечка пощелкала перед носом вошедшей в ступор царевны. — Очухаешься, придумаем что-нибудь попроще…

Восстановленная справедливость

Восстановленная справедливость