— Некоторые просто хотят денег, — быстро сказал Мокрист, как будто это могло сделать ситуацию приятнее.

— И чья это вина, Ловкач? Ты человек, который может выпросить у богов кучу бабок!

— Ну и что мне делать со всеми этими… молитвами?

— Доставь их, конечно. Что же еще. Ты ведь вестник богов. А на письмах есть марки. Некоторые просто все залеплены! Это твоя работа. Отнеси их в храмы. Ты же обещал сделать это!

— Да никогда я…

— Ты обещал, когда продал им марки!

Мокрист чуть не упал со стула. Она ударила этой фразой, как кулаком.

— И это дало им надежду, — тише добавила она.

— Фальшивую надежду, — сказал Мокрист, пытаясь сесть прямо.

— На этот раз, может и нет, — возразила мисс Добросерд, — собственно, в этом суть надежды.

Она взяла в руки покореженные остатки коробочки Агхаммарада.

— Он нес сообщение сквозь Время. А для тебя, ты думаешь, это слишком трудно?

— Мистер Губвиг?

Голос донесся из главного зала, и тут же общий шум затих, осел, как плохое тесто.

Мокрист подошел к тому месту, где раньше была стена. Теперь, стоя на похрустывающих обожженных досках паркета, он мог смотреть прямо в зал. Часть его разума подумала: «Здесь надо будет установить большое панорамное окно. Этот вид слишком впечатляет, чтобы описывать его словами».