— Мы поедем одни по диким местам, поэтому метла может выручить нас, если что, — запротестовал Мокрист.
— Тем не менее, я вынужден согласиться с этим… джентльменом, — сказал Чудакулли с неприязнью в голосе, — брать с собой метлу на такую гонку
Мокрист взмахнул руками, как бы сдаваясь.
— Конечно, сэр, если вы так считаете. Хотя это удар для меня. Но могу ли я надеяться на беспристрастное отношение с вашей стороны?
— Что вы имеете в виду?
— В башнях есть лошади, на случай, если башня сломается, — объявил Мокрист.
— Это обычная практика! — резко возразил Позолот.
— Только в горных районах, — спокойно ответил Мокрист, — и даже там лошадей держали только в самых отдаленных башнях. Но сегодня, подозреваю, лошади есть в каждой башне. Хотя бы пони. Извините, мистер Пони. Они могут устроить эстафету, Аркканцлер, и легко обогнать нашу карету, не передав семафором ни единой буквы.
— Вы же не думаете, что мы отправим сообщение в Колению на лошадях! — запротестовал Позолот.
— Вы ведь думаете, что я туда полечу, — возразил Мокрист, — если мистер Позолот не уверен в надежности своего оборудования, Аркканцлер, я предлагаю ему признать себя проигравшим прямо сейчас!
Лицо Позолота омрачилось. Он был не просто раздражен, он погрузился в тихие, прозрачные воды полного внутреннего бешенства.
— Давайте согласимся на том, что это не гонка лошадей против метел, — предложил Мокрист, — это дилижанс против семафоров. Если карета сломается, мы чиним карету. Если башня сломается, вы чините башню.
— Звучит справедливо, должен признать, — согласился Чудакулли, — на том и решим. Тем не менее, позвольте мне забрать мистера Губвига на минуту, чтобы сказать ему пару слов предостережения.
Аркканцлер обнял Мокриста за плечи и завел его за карету. Затем он наклонился, так что их лица разделяло всего несколько дюймов.
— Вы ведь в курсе, что несколько звезд, нарисованных на рукоятке, не заставят метлу подняться в воздух? — спросил он.
Мокрист взглянул в молочно-голубые глаза, которые смотрели так невинно, как глаза ребенка, особенно ребенка, который пытается выглядеть невинным.
— Боги, она правда не взлетит? — поразился Мокрист.
Волшебник похлопал его по плечу.