— А я и не своровал, я так, одолжил на время, — улыбнулся паренек, даже и не пытаясь сделать вид, что ему хоть капельку стыдно. Напротив, голубые глаза лучились озорством, а на губах играла довольная улыбка.

— Ага, тихо стырил и ушел, называется нашел, — хмыкнула я, примеряя предложенную одежду. Все оказалось не так плохо, она мне пришлась по размеру, только вот в груди была несколько тесновата рубашка, так что шнуровку пришлось значительно ослабить. Ну да бес с ней! — Хени, а куды все твои замашки аристократа подевались, а?

— О, боги! — закатил глаза парнишка, плюхнувшись в кресло, при этом чуть не зацепив кровать своими ногами. Сообразив, что он чуть не потревожил спящую Лили, сайхе настороженно замер, потом аккуратно поправил одеяло на груди блондинки и, нежно посмотрев на девушку, повернулся ко мне, — С тобой пообщаешься, так и имя свое забудешь!

— Такое забудешь, — хохотнула я, — Так, ладно, я сваливаю отсюда. Ты меня не видел…

— Не слышал и вообще не знаю, — усмехнулся сайхе, сцепив руки в замок и положив на них подбородок. В первый раз я увидела в его взгляде что-то серьезное, а не просто молодость и идиотизм.

— Хени, — довольно протянула я, — Что, тебе наконец-то надоело прикидываться малолетним истериком с манией величия?

— Давно поняла? — осведомился сайхе, чуть изогнув бровь, и, о чудо, не обратив внимания на мой сарказм. А парень-то совсем взрослый… В его глазах читался сейчас такой опыт, который и не снился архангелу с кайш'ларритом. Полубог… вот теперь и не сомневаюсь.

— С того момента, как появились Охотники, — спокойно пояснила я, оперевшись спиной на стену, так как ноги меня еще плохо держали, — Юному избалованному недоумку, коим ты до этого успешно притворялся, предполагалось впасть в дикую панику, истерично визжать и топать ногами, а так же громко приказывать всем подряд, чтобы те защитили его королевскую задницу. Ты прокололся, малыш. Когда собираешься об этом сказать Лили?

— Еще не знаю, — устало вздохнул артефакт, оглядываясь на блондинку. Когда же повернулся ко мне, в его глазах стояла немая просьба.

— Э, нет, кучерявая неприятность, — покачала я головой, — Сам заварил кашу, сам и хлебай теперь. Учти, если тебя Лили прибьет, я вмешиваться не стану, а даже помогу, если попросит. На кой ляд ты вообще косил под умственно отсталого деспота, а?

— Ну, Касси, — тут же заныл сайхе, мигом вернувшись под маску вечно оскорбленной невинности, — Я же не знал, что так получится! Да и потом, я привык вести себя так, чтобы все считали меня глупым и наивным, и при знакомстве с тобой все получилось машинально!