— Рано тебе еще. Основам боевой магии тебя смогут научить и в Академии. Моя же задача — не дать тебе зациклиться на себе. Ты должна научиться мыслить шире, чем все эти так называемые маги. Посмотри внутрь себя, научись раздвигать границы сознания, и тогда ты сможешь сделать то, что считается невозможным.

Я ворчала, но старательно делала все, что предписывал мой учитель. Пока получалось плохо. Ну не могла я себе представить, как это — отодвинуть границы сознания. Может быть, грибочков каких накушаться, глядишь, и отправится мое сознание в свободный полет? Из слишком уж прагматичного мира я явилась. Мне все дай пощупать, увидеть собственными глазами, а здесь ничего определенного. Вот и мучилась я каждую ночь, старательно медитируя и пытаясь отрешиться от всего земного.

Еще меня доставал безответный вопрос, кого благодарить за недавнюю ссору с этим светловолосым воином Тармаром? Ну а пока я старалась держаться от него подальше, на всякий случай. Дело в том, что эта небольшая компания присоединилась к нашему каравану, и, судя по всему, до самой столицы мы вынуждены будем путешествовать вместе.

В первый же день, когда мы продвигались по торговому тракту, Тармар поравнялся со мной и, явно смущаясь, выдавил из себя невнятное извинение за вчерашний инцидент. Сразу было видно, что этот закаленный воин не привык извиняться, но внутреннее благородство не позволило ему сделать вид, будто ничего не произошло. Благосклонно кивнув, я заверила его, что уже все забыла и совершенно не держу на него зла. С явным облегчением Тармар тронул поводья своего коня и ускакал в голову каравана.

Остаток путешествия прошел как в тумане и без особых приключений. Если не считать того, что Махлюнд словно с цепи сорвался и все подгонял и подгонял караван, стараясь успеть на какую-то ежегодную грандиозную ярмарку в Вассариаре. Я, конечно, понимала его стремление подороже продать свой товар, но легче мне от этого не становилось. Все тело уже не просто ныло, у меня болела каждая косточка, а мягкое место превратилось в один огромный синяк. От усталости и хронического недосыпания я сделалась раздражительной, и друзья старались лишний раз ко мне не обращаться.

За всей этой гонкой я даже не сразу поняла, когда мне сообщили, что завтра мы уже будем в Вассариаре. Только тут я немного очухалась и постаралась внутренне собраться. Посмотревшись в зеркальце, я ужаснулась. На меня смотрело совершенно чужое изможденное лицо с синяками под глазами, с тусклыми запутанными волосами грязного, неопределенного цвета. Нет, так дело не пойдет! Ну-ка, Лика, соберись. Разыскав Дакка, я велела им с Лешеком вывернуться наизнанку, но в срочном порядке найти мне более-менее приличный водоем, чтоб я смогла привести себя в порядок.