В этот момент прозвучала музыка, приглашая всех танцевать. Принцесса тут же потянула меня на буксире в сторону дискотеки.

— Слышь, принцесса. Я не хочу танцевать… — скривилась я, выдергивая руку и включая свинью. — Попляши с кем-нибудь другим!

А «другие» уже были тут как тут, формируя живую очередь, чтобы ангажировать венценосного поросенка на танец.

— Но я хочу с тобо-о-ой! — стала нудить принцесса, повиснув у меня на руке.

— А я хочу домо-о-ой! — пронудила я ей в ответ, вспоминая походы по магазинам в мужской компании.

— Ой! Мне тоже перехотелось танцевать! — заметила Орелия, глядя, как рассасывается очередь. — Так что сказали мама и папа? Надеюсь, ты не проговорился про побег?

Ни про черенок, ни про побег я не упоминала. И вообще, далека я от сельскохозяйственной жизни. Однако свинью включать надо, поэтому я оттащила принцессу в сторону и, оглядываясь по сторонам, прошептала:

— Слышишь, я вообще-то не трубадур, детка. Я — вор. Ворую помаленьку. И сейчас присматриваю, что бы тут такое украсть…

— Моих родителей тоже называют ворами! Я сама слышала! Народ иногда кричит, что мы грабим простой люд! — обрадовалась Орелия. — На папу за это даже три раза нападал убийца! Он так и кричал: «За то, что ограбили мою семью!»

— Ну это понятно. Я ведь тоже убиваю! Детей, женщин, стариков! — прокашлялась я и тут же добавила: — И котят маленьких тоже. Убиваю. Ради развлечения. Очень люблю убивать котят…

Принцесса посмотрела на меня, скривилась, вырвалась и убежала. Вот и все. Легко и просто! Через секунду мне в руки ткнули подаренного котенка и столовый нож. Кисеныш на закланье жалобно мяукнул, безбожно царапая мои руки. Он посмотрел на меня красивыми глазками, прижал ушки и снова запищал.

— Я скажу тебе честно, я тоже в детстве убила котенка, — прошептала принцесса, глядя на меня как на героя. — Я хотела показать ему птичку, а он упал из окна… А перед этим поцарапал меня! Но мне его было жалко… Я долго плакала…

Я украдкой выпустила котенка, отодвигая его ногой подальше и аргументируя, что не люблю это делать при свидетелях. Вспомнив внезапно о танцах, я решила, что одного урока и врожденного таланта отдавливать ноги мне вполне достаточно, поэтому потащила принцессу танцевать. Сначала я слегка растерялась, куда класть руки, но потом сориентировалась и… Да она просто чудовище! Она меня инвалидом сделает! Прости меня, Иери… Мне очень жаль, ведь это так бо-о-ольно. Бедное мое чудовище, да у тебя просто невероятное терпение…

Танец окончился, счастливая принцесса потащила меня к столу, на который я тут же лихо закинула отдавленные ноги. Народ изумился, зашептался, а Орелия посмотрела на меня, села на соседний стул и… закинула свои ноги в дорогих туфельках рядом. Непритворный вздох осуждения тут же сменился притворным восхищением. «Какие же у вас туфельки, ваше высочество! Это просто шедевр! Прямо под стать вашей изящной ножке! Какая прелесть!»