— Мам, а почему ты не спросила, люблю ли я его? Почему ты не спросила, любит ли он меня? — поинтересовалась я, глядя, как мое мороженое тает в чужих руках. — Почему ты не спросила, как он ко мне относится? Почему? Неужели тебе не интересно, счастлива я или нет?

— У Маринки такая свадьба была! И ресторан в центре снимали на сто двадцать гостей, и лимузин за ней приезжал, и торт был трехъярусный, как на картинке… А Светочка, дочка Тамары, вообще после свадьбы в свадебное путешествие полетела! За границу! Тамарочка такие фотографии показывала! Светочка на пляже лежит… Вода — чистейшая! А гостиница какая! Просто шикарная! А у тебя, доченька, что? А у тебя — ничего…

— Неправда. У меня есть то, чего не было у них. Любовь и счастье, — вздохнула я, понимая, что «любовь и счастье» знакомым не покажешь и на работе ими не похвастаешься. Светочка вынуждена мириться с тем, что у ее «олигарха», помимо жены, есть еще одна мадам, с которой он регулярно встречается, особо не прячась. И то, что у него называется «командировкой», на самом деле — «вторая смена на том же курорте», но только уже с другой. А Маринка вынуждена каждый раз просить у своего «состоятельного» деньги, поскольку сидит в декрете. Унижаться, умолять и упрашивать, а потом предоставлять чеки на покупку. «А что? Дешевле шампуня не было? — возмущался „бизнесмен“, разглядывая каждый чек. — Волосы короче подстриги, чтобы шампуня на полгода хватало!» Зато живет в роскошном коттедже за городом!

Я посмотрела на любимого, который осторожно подъедал мое тающее мороженое. Мы не обедаем сейчас за столиком в дорогущем ресторане, не рассекаем по городу на красивой машине, хотя могли бы. Но мне этого не хочется. Зато мы сидим на лавочке, мое чудовище доедает мое мороженое с моего позволения, а я грею на солнышке старые кеды. И мне так хорошо… С ним я спокойно могла бы переезжать по съемным квартирам, звонить по старенькому телефону, стоять на остановке, толкаться в троллейбусе. Жаль, что мой любимый так не считает. Это, пожалуй, единственное, в чем у нас расходятся мнения. Он полагает, что комфорт — это очень важно. И бродить по миру, перебиваясь случайными завтраками, — это не та судьба, которую он для меня хотел.

— Что ж ты меня так расстраиваешь, Люба, — простонала мама, а потом обратилась к папе: — Люба замуж вышла! Что-что? Глухая тетеря! Замуж, говорю, вышла! Ни квартиры, ни машины, ни работы… И я про то же… Я уже рассказывала про Нечипоренко, про Тамарину дочку… Вот это я понимаю, замуж вышла! Люба, приезжай, а? Но только без своего… Одна! Мы тебе нормального жениха подыщем! Вот у Петра Алексеевича сын уже замдиректора рыбного комбината!