Они медленно покинули прогалину один за другим, и дерево проигнорировало компанию, одержимое новой дилеммой. Оно ломало голову над тем, чем же планировало заняться буквально только что. Деревянные мозги, в отличие от челюстей, остротой не отличались, и больше одной проблемы в голове древопутана удержать не могла. Кажется, им удалось ускользнуть. Но уверенности в этом компания пока не испытывала.

Путники дошли до края прогалины. Дерево всё ещё отвлечённо трясло кроной. Они испустили общий вздох облегчения.

— И хорошо бы заодно держаться подальше от короля големов, — пробормотала себе под нос День.

Леспок огляделся. За исключением нескольких проплешин, поляну окружали толстые шипастые ветви. В небе виднелась неясная тень другой стороны Тора, изгибавшаяся к югу и северу подобно громадной радуге. От этого у фавна кружилась голова, заставляя его чувствовать себя так, будто вот-вот упадёт или вознесётся туда вверх ногами, поэтому он вернул взгляд обратно к земле. Проследившие за взглядом Леспока девушки тоже слегка побледнели.

— Просто из любопытства… — начала День.

— Почему ты не использовал ужасный крест, чтобы отпугнуть чудовище? — закончила Ночь.

Вот досада! По крайней мере, ответ на этот вопрос имелся у него наготове: — Я об этом даже не подумал.

— Как и все мы, — тактично поддержала его Ромашка.

Наконец, они нашли тропинку. Вообще-то чаще путники забредали по ней в пасть к древопутане, но сама тропинка была двусторонней. И вела она, как скоро выяснилось, в деревню.

— Мы будем разговаривать с людьми? — поинтересовался Леспок.

— А час уже прошёл? — предусмотрительно спросила День.

— Почти.

— Тогда можем подождать с использованием заклинания до следующей неприятности. Я могу пообщаться с народом. Узнаю много всего, просто коснувшись кого-нибудь.

Это показалось хорошей идеей, потому что, несмотря на предполагаемую близость местной Яне, четвёрка понятия не имела, в каком направлении её искать. А деревенские жители могли знать.

Они вошли в деревню. Посреди площади висел плакат с надписью «СВЯТОЙ ДЕНЬ».

— Праздник? — уточнила Ромашка. — Что-то не похоже, чтобы народ веселился.

Ночь подошла к какому-то мужчине.

— Простите, сэр, — вежливо обратилась она к нему, — что именно вы празднуете?

Он сердито взглянул на неё: — Ничего!