— Думаю, лучше всего воспользоваться системой набора очков. Демонические затруднения выше нашего понимания, но принцип…

— Верно, — согласился демон.

— Значит, так: побеждает тот, кто набирает больше очков. Если моя тактика всегда ведет к выигрышу, то…

— Тебе никогда ничего ни у кого не выиграть, паршивый големишка, — встрял один из пары эльфийских принцев. — Это все знают.

— Заткнись, карга! — немедленно откликнулся второй Гранди. — Окажись здесь все, ты получила бы пинок под зад от каждого.

Гранди нашел, что его двойник неплохо умеет выражать мысли. Правда, по чьей заднице пришелся бы пинок…

— Хм…

— Все так все, — решил демон. — Пусть посмотрят.

И в тот же миг в пещере оказались все. Пещера превратилась в гигантский амфитеатр, заполненный зрителями, представлявшими весь Ксанф. В первых рядах сидели король Дор с королевой Айрин, принц Дольф и принцесса Айви, бывший король Трент с бывшей королевой Айрис, Бинк, Хамелеоша, прославленные кентавры Честер, Арнольд и Чери, — короче, все, кто пользовался в Ксанфе уважением и влиянием. В задних рядах сидели менее значительные персоны вроде Джордана, Панихиды и паровика Стэнли, а позади них и вовсе безвестные особы. Над последним рядом парила надутая, мрачная тучная королева. Почти все выглядели удивленными, но никто не протестовал. Зрители ждали, что продемонстрирует им Гранди.

Голем никогда не сомневался во внушавшей благоговейный трепет мощи Иксанаэнного; даже появись у него такое сомнение, в этот миг оно улетучилось бы без следа. Все волшебники и волшебницы, люди и полулюди разом оказались здесь, — а демон и глазом не моргнул.

Голема одолел страх. Казалось, зубы его склеились, а язык распух и прилип к гортани. Только сейчас он осознал, что за ним наблюдает весь Ксанф.

— Не дрейфь, — прошептал голему его двойник, — ты должен показать всем беспроигрышную тактику.

Но Гранди не мог даже шевельнуться.

— Нет у него никакой тактики, — заявил один из эльфийских принцев, обращаясь к демону. — Все это пустая трата времени. Лучше плюхни голема в озеро Мозговитого Коралла, а меня отпусти на волю.

— Кого-кого надо отпустить на волю? — поинтересовался второй принц.

— А ты не встревай, когда не просят, — отрезал первый.

Гранди оставался недвижим. Он понимал, что бездействие может быть засчитано как поражение, но у него не было сил заставить себя раскрыть рот на глазах у всего Ксанфа. Из оцепенения его вырвал голос Рапунцель.

— О, Гранди! — воскликнула девушка, и голем мигом преодолел свою робость. Ведь если он потерпит поражение, Рапунцель достанется ведьме! Этого допустить нельзя!