— Пусти! Пусти! — кричала Моника, отбиваясь. Но Пия прижала её к себе и отпускать не собиралась.

— В чём проблема? — обеспокоенно поинтересовалась Брианна.

— Пусти! — продолжала кричать Моника.

— Ребёнка необходимо успокоить, — сказал Джастин.

Пия понятия не имела, как успокаивать детей. В прошлом они казались ей лишь досадными помехами. Но она попыталась.

— Успокойся, — произнесла девушка, обнимая Монику.

— Нет! — Моника стала растворяться, чтобы вырваться из хватки Пии демоническим способом.

Удержать её оказалось невероятно трудно. Пия в этой борьбе явно проигрывала.

— Мы должны вникнуть в суть угрозы, — настаивал Джастин.

Свёрнутый ковёр настигал их. Он плыл под углом, словно собираясь развернуться прямо на воде.

— Моника! — отчаянно позвала Пия. — Что с этим ковром не так?

Но девочка её не слушала. Ей хотелось лишь сбежать, ускользнуть отсюда, даже если она в процессе утонет.

— Поцелуй её, — предложила Брианна.

Пия поцеловала Монику в лоб, подражая матери. Девочка разрыдалась и вцепилась в неё.

— Не дай ему до меня добраться!

— Ни за что! — пообещала Пия, хотя не представляла, как сдержит слово. — Но ты должна сказать мне, в чём его секрет.

— Он собирается закатать меня внутрь! — безудержно плакала маленькая демонесса. — Я задохнусь!

Теперь всё стало ясно. Задохнуться внутри свёрнутого ковра действительно было страшно. Надо полагать, кто-то однажды напугал этим девочку, и страх забился на самое дно сундука воспоминаний. Может, ковёр был обычной иллюзией, но ужас девочки оказался самым что ни есть настоящим. Он зловеще изогнулся, показывая, как тесно там, внутри.

— Другие кошмары в пределах видимости имеются? — умоляюще спросила Пия.

— Нет, — покачал головой Эд.