Страж ступил вперёд и задержался у дверного проёма. Джастин кивнул и, подобрав Малакучу, последовал за ним.

— До встречи, — попрощался он со всеми несколько тревожно. И они покинули комнату.

Затем вышли из замка Синтия и остальные. Сооружение оказалось огромным, возведённым на скале, нависшей над бурными морскими волнами. К воротам вела единственная извилистая тропка, которая взбиралась по берегу и еле-еле протискивалась между обломками валунов. Несколько одиноких окошек были узкими и зарешеченными. Замок действительно выглядел запретной и неприступной тюрьмой.

— У нас двадцать четыре часа, — напомнил Че. — По счастью, к земле мы не прикованы.

Синтия едва сдержала радость, которая так и рвалась наружу; впереди их ждало серьёзное дело.

— Прежде, чем мы спланируем стратегию атаки, разрешено ли нам уведомлять друг друга о наших чувствах? Для лучшей координации.

Сформулировав вопрос, она ощутила ответ Сатурн практически сразу: подтверждение.

— Как бы там ни было, — пропищал Сим. — Озвучивать их мы не должны, поскольку охрана может подслушивать и подглядывать. А что узнали стражники, будет мгновенно передано Форнаксу.

Синтия осознала не только его правоту, но и то, что Демон внутри птенца нарочно позволил высказать ему это вслух, чтобы смертные поняли: план стратегии им придётся планировать в тишине, не помогая себе жестами, которые могут быть прекрасно истолкованы врагом. Тем не менее, суперсилы Демонов теперь уменьшились, согласно правилам состязания, поэтому общаться друг с другом телепатически, как прежде, они тоже не могли.

Сим раскинул крылья. Че коснулся одного, Брианна — другого. Затем оба дотронулись и до пальцев друг друга. Синтия взяла их обоих за руки, завершая круг. Информация и чувства захлестнули всех четверых.

Внезапно кентаврица поняла, что Сим/Юпитер панически боялся, получив от Малакучи страх, поскольку изначально волновался, не проиграют ли они игру и не подвергнут ли опасности захвата собственную систему. Если их попытка провалится, Немезида и Нептун присоединятся к вражеским силам, передавая Форнаксу власть над тёмной материей и массой. Тёмная материя, несмотря на свою и планеты Немезиды невидимость, являлась главной субстанцией Вселенной. А утратив массу, они и вовсе станут бесплотными. Че/Марс злился по тому же поводу. Брианна, в отличие от них, была влюблена: не только в Джастина, но и, следуя увлечениям Демонессы Венеры, в Демона Земли. И, разумеется, теперь все поняли, что Сатурн едва не плясала от радости. Страх, злость, любовь и счастье — эти эмоции теперь усложняли группе задачу проникновения в замок ради спасения узника или нападения на охрану.