— А вы хотели бы, чтобы я встретил вас со слезами раскаяния? — Директор прикурил новую сигарету от недокуренной и выбросил горящий окурок за перила.

— Надеюсь, у вас там внизу не склад бензина? — спросила Кора.

— Нет, — серьезно ответил профессор. — Там бывшая клумба.

— Зачем вы это делали? Вам мало денег?

— Денег всегда мало, — ответил профессор. — Вот новый корпус надо строить, а ассигнований не дают. Доказываешь им, что наш институт принесет Лиондору сказочные доходы в валюте, а они не слушают — все разворовали под лозунгами бедности и честности.

— Значит, вы сами устроили торговлю драконами? Куда же вы их продаете?

— Драконами? Торговлю? — И вдруг профессор рассмеялся. Он смеялся громко, натужно, будто никогда раньше смеяться ему не приводилось.

— Тогда зачем же, черт возьми, вы этим занялись?

Профессор перестал смеяться и серьезно поглядел на Кору.

— Вы мне не верите, сыщик, — сказал он. — Но я это делал совершенно бескорыстно.

— Бескорыстие — это замена обычной торговли натуральным обменом, — изобрела афоризм Кора. — Что означает бескорыстие в ваших устах?

— То, что я сказал.

— Тогда я попрошу вас рассказать, как и почему вы дошли до жизни такой. По чьему заданию вы воровали или обеспечивали воровство драконов. Затем назовите своих сообщников. Учтите, что наша беседа фиксируется на пленку, — Кора показала на брошку, приколотую к плечу, — и каждое ваше слово будет иметь юридическую силу. Начали?

— Мне нечего вам сказать, — произнес профессор.

Значит, Кора поспешила. Значит, он еще не был готов к признанию.

— Уважаемый профессор, так много курить вредно, вы только что выбросили сигарету и уже стараетесь закурить новую.

— Да? — Профессор с удивлением поглядел на сигарету. Будто и не знал, что курит.

— От нашего с вами разговора сейчас зависит очень многое, — сказала Кора. — Включая вашу работу, ваш институт и, может, даже вашу свободу. А от того, что вы будете запираться или лгать мне, ничего не изменится.

— У вас нет никаких доказательств!

— Есть! Клянусь вам, есть, и неопровержимые.