Хлопнула дверь, а по машине потек аромат кофе. Я подняла взгляд, глядя, как на приборную панель ставят два горячих стакана.

— Дамиан, — усмехнулась я, чувствуя, что дрожат не только руки, но и голос. — А ты мне ничего не хочешь сказать?

— Хочу, — усмехнулся демон, беря свой кофе. — Лазить по чужим бардачкам, наказанье мое, не самое милое времяпрепровождение и к тому же уголовно-наказуемое!

— То-то вижу, что мне на ногу упал Уголовный кодекс, — огрызнулась я, глядя, как у меня ловким движением руки вырывают договор.

— И что же мы там вычитали? — рассмеялся демон, делая глоток кофе.

— Я вычитала там то, что все, что ты делаешь, ты делаешь не потому, что я тебе нравлюсь, а потому, что это твоя работа! — глухо ответила я, не притронувшись к своему стакану.

— Наказанье мое, послушай меня внимательно, — тяжело вздохнул демон, глядя, как запотевает от моего кофе лобовое стекло. — Веками мы практиковали стандартный договор — выполнение желания в обмен на душу. Но небесная канцелярия настаивала на том, что в этом договоре должна быть прописана возможность для идиота избежать расплаты. Не буду вдаваться в подробности, скажу так, что если со стороны человека, искренне любящего идиота, будет принесено в жертву самое дорогое, что у него есть, то договор считается недействительным. И последнее дело по такому договору я проиграл. Я уверял, что это был акт идиотизма со стороны родственников, а небесная канцелярия посчитала это высшей формой любви. Пока мы обменивались бумажками, наш дорогой идиот тихо дожил до старости и скончался, попав в конкурирующую фирму. И меня в качестве наказания отправили туда, где справляется любой инкуб. Все женихи — это фикция для отвода глаз. Игру ведет инкуб — демон обольщения и соблазнения.

— То есть игры нет? — задумчиво спросила я, глядя в глаза демону. — Она заведомо проигрышная?

— Нет, почему же? — усмехнулся он, делая еще один глоток. — Есть те, кто влюбляется не на жизнь, а на смерть в очередного «жениха», выходит за него замуж без возможности расторжения брака. Но чаще всего игра выглядит так: пара-тройка дней, пара-тройка кандидатов — и вуаля! Инкуб обольщает девушку, она произносит заветные слова, а ее душа отправляется по условиям договора в ад.

— В ад… — эхом повторила я, чувствуя, что все внутри сжимается. — А как ты попал в игру?

— Небесная канцелярия настояла на том, чтобы я, тварь бессердечная, стал участником этой игры. Либо я доказываю, что любви не существует, либо… А впрочем, неважно. Пей кофе, пока не остыл.

Я молча вертела кольцо, боясь задать самый важный вопрос. Он вертелся на языке, но у меня не хватало духу нарушить все это волшебство самых прекрасных отношений в моей жизни.