Я, конечно, понимаю, что у него это единственная возможность посидеть за рулем иномарки, но, пожалуй, толкать я ничего не буду. Максимум, что я толкну, так это речь, адресованную его супруге.

«Девятка» обиженно уехала, а вместо нее остановились сразу две машины. Из них вывалилась компания шашлычников.

— Что почем? — оживились ребята, изучая мое белье.

— По морде кирпичом! Машина застряла, а сейчас муж подъедет. Так что одежду я сразу оставила в машине, — нагло соврала я, вспоминая о записке.

— О, курица за рулем! Ха! Обезьяна с гранатой! — ржали они, пытаясь сфотографировать меня на телефон. Понимаю, что очень хочется снять, но я не снимаюсь!

— Дебилы! — две девушки отобрали телефон. — Могли бы и помочь! Вы что, не мужики?

«Немужики» почесались и решили быть «мужиками». Через десять минут моя машина стояла на обочине. Спасибо, девочки, а то тут есть слишком много желающих не только войти в мое положение, но и периодически выходить из него, чтобы снова войти.

Я залезла в машину, тяжело вздохнула. До моего города оставалось девяносто километров. Крутанув стартер, я резко дернулась и осторожно поехала. Ехала я медленно, а вокруг меня периодически образовывалась такая воронка, ибо разбитая машина и моя физиономия за рулем навевали на других автомобилистов некоторые переживания относительно моей школы вождения. В бардачке я нашла немного денег, на которые решила купить кофе и шоколадку.

— Девушка, в купальнике нельзя! — закричала продавщица.

— Я не в купальнике. Я просто в нижнем белье, — устало заметила я, дожидаясь, когда автомат выдаст мне эспрессо. Записка. Он меня любит… Я все сделала правильно… Пока я сидела в машине, криво припаркованной на какой-то пустой стоянке и пила горячий кофе, перечитывая записочку и впиваясь глазами в слово «люблю», в моем сердце жила такая надежда, что, даже если завтра меня покажут по телевизору, мне будет не стыдно и не страшно. Я поставила стаканчик с кофе на приборную панель и полюбовалась им. Люблю… И я тебя люблю, Дэм…

Я пару раз чуть не попала в ДТП, несколько раз нарушила все правила дорожного движения, один раз чуть не потеряла зубы на лежачем полицейском, и вот я въезжаю в родной двор, собирая все ямы по дороге. На улице было уже светло.

— Ба-а-атюшки! — всплеснули руками старухи, увидев, как я вываливаюсь из водительской двери. — Уже подарил, а она тут же разбила!

— Да он ей такую и подарил! На тебе, боже, что нам негоже! Бедный муж! — причитала Матвевна, охая и качая головой. Я затребовала запасную пару ключей, открыла дверь под поучительную лекцию о том, что приличные девушки так себя не ведут, захлопнула ее и бросилась к дивану. Действительно! Записка! Дрожащими руками я развернула ее и прочитала: