Шарина усмехнулась. Возможно, именно Дракон раскроет ей историю основания Королевства Островов и роль Лоркана в этом событии. Она может даже попытаться напечатать свою версию. Правда, скорее всего, высоко ученые мужи Вэллиса и Эрдина отвергнут ее сочинение как наивную попытку эвгемеризма. Ну что ж, она и не претендует на роль историка.

Какое-то движение впереди. Мышь, подумала Шарина. Но существо снова прыгнуло в дорожку лунного света, и девушка разглядела серую пятнистую жабу.

Она являлась не единственным представителем местной фауны: воздух вокруг буквально звенел от комаров, явно нацелившихся испить крови Шарины. Еще прежде ей удалось разглядеть ящерку, скользившую по камням. Однако никаких летучих мышей. И даже птицы, которых Шарина видела и слышала в окрестных лесах, здесь, на территории заброшенного города, не нарушали тишину своими голосами.

Девушка снова подивилась, почему преследовавшие ее аборигены побоялись пройти сквозь ворота. С ее точки зрения, данные развалины мало отличались от леса, окружавшего ее родную Барку. Но этот страх – чем бы ни вызывался – похоже, распространялся и на местных теплокровных.

Дракон проявил своеобразное гостеприимство по отношению к Шарине, и почти наверняка гигантская птица, доставившая ее сюда, тоже принадлежала Дракону. Так или иначе, девушка дала клятву служить этому существу. И даже сейчас, обдумывая происшедшее, не могла найти лучшего выхода из той ситуации.

Ее продолжал мучить вопрос: когда в необъятном временном пространстве существовала эпоха, в которую ее закинуло? Дракон утверждал, что они находятся на Кордине – вернее на острове, которому в будущем предстоит называться Кордином. Она видела акулью голову на шесте возле поселения. Ригал упоминал акульи головы как символ первых правящих династий на Кордине. Но Ригал ссылался на события, отнесенные на тысячелетия пошлое, не говоря уж о том, что сам Ригал умер за тысячи лет до рождения Шарины. Миф о мифе…

Девушка улыбнулась. Пока она сохраняла способность улыбаться.

Впереди неясно маячила глыба. В ней Шарина опознала трон который разыскивала по приказу Дракона. Поэтому она начала взбираться на гранитную скалу – тот же материал, из которого безвестные ваятели выстроили весь город: светлый, очень твердый и гладкий.

Спинка трона и его подлокотники казались довольно низкими и довольно пологими, вместо того чтобы резко вздыматься вверх. Широкое сиденье, похоже, было вставлено в готовую конструкцию.

После недолгого раздумья девушка двумя решительными ударами пьюльского ножа срубила ствол ротанговой пальмы, чтобы использовать его в качестве рычага. Один конец ствола она просунула в зазор между плитами и умудрилась слегка сдвинуть сиденье вперед – так, чтобы образовался захват для пальцев. Она обратила внимание на интересный факт: за долгие века корни вездесущих растений проникли повсеместно меж плитами построек – такими же гладкими и хорошо подогнанными. Но трон оставался столь же гладким и чистым, как в первый день, когда его сработали каменщики.