– Клянусь сосками Госпожи! – покачал головой шкипер. – Ты сумасшедший, Чалкус! Точно безумец!

С этим Илна не стала бы спорить. Но зато Чалкус отнюдь не дурак и – тут она готова держать пари! – сумел выжить в таких условиях, когда это редко кому удавалось.

Он обернулся и похлопал по багажу, который валялся на палубе, опутанный специальными сетями. Упомянутый матрас лежал поверх снастей в качестве покрытия.

Неуловимым движением фокусника Чалкус вытащил свой меч из ножен.

– Вам придется спуститься вниз, дорогая Илна, – продолжал он, пока остальные матросы боязливо жались в сторонке, – я передам вам эту штуковину, а затем спущу и ребенка. Если у вас есть какие-то личные вещи, я о них тоже позабочусь.

Девушка передала Чалкусу свой узелок, ступила на весло и легко сбежала за борт.

– И кстати, я вам не дорогая, – ровным голосом бросила она через плечо.

– Как знать, госпожа, – улыбнулся запевала. Он перенес матрас через поручни и помог Илне опустить его на воду – тот закачался на волнах, как утка. Затем Чалкус, как коромысло, свесил руку за борт, и держась за нее, Мерота спустилась вниз. Илна кивнула с одобрением: все правильно, если бы моряк держал девочку, наверняка у той остались бы синяки.

Холодная соленая вода доходила девушке до пояса. Никакой опасности, но передвигаться в ней оказалось не слишком приятным делом.

Как и многое другое в их путешествии, с кривой усмешкой отметила про себя Илна.

Необходимость прошлепать по мелководью, в общем-то, не пугала девушку, беда в том, что ее босые ноги подняли со дна осадок, собиравшийся годами: ил, тина, останки полуразложившихся животных. Вонь стояла неописуемая – куда хуже, чем в отлив по берегам Паттерн-Крик у них в деревне.

– Ох! – задохнулась Мерота, оказавшись на матрасе. – Илна, что за запах? Я не могу дышать!

Чалкус легко перемахнул через борт.

– Сейчас мы доберемся до берега, девочка, – усмехнулся он, – и будем надеяться, там воздух окажется чище. Хотя кто его знает. Я вообще не могу пообещать ничего хорошего в отношении этого острова.

– Ваш меч подмок, – заметила Илна, шагая к берегу и толкая импровизированный плот левой рукой. Под весом девочки матрас провис посередине, и вода плеснула ей на колени. Мерота вздрогнула, но промолчала.

– О да, – ответил Чалкус, – а сталь способна заржаветь даже от женских слез… Но что поделать, это же меч моряка. К тому же в мешке у меня припасен клок чистой овечьей шерсти. Как только мы доберемся до острова, я счищу соль с металла. Если, конечно, не найдется другого применения моему клинку.

И он рассмеялся. К удивлению девушки, Мерота тоже присоединилась к моряку. Да уж его шутки умели рассмешить людей. Илна и сама часто ловила себя на желании улыбнуться, хоть по привычке и старалась сдерживаться.