Внутренние стены гробницы – если только это действительно была гробница (ни гроба, ни похоронных дрог не наблюдалось) – были оштукатурены и покрыты фресками. В нижнем углу вылез огромный корень, который теперь медленно догнивал без срубленной верхушки. Почвенная влага и мелкие животные расширили отверстие, которое когда-то проделал корень – так, что камень, в конце концов, вывалился из стены.

Образовался лаз, который облюбовала себе змея. Шарина разглядела змеиную чешуйку на краю камня. Немаленькую, надо сказать, – крупнее, чем отверстие, которое девушка могла образовать между большим и указательным пальцами.

– Попробуем проползти по туннелю, – предложил Далар. – Возможно, дальше он расширяется.

Глаза Шарины уже адаптировались к слабому свету, и она видела: нора еще уже, чем щель в крыше. К тому же они не знали, как далеко тянется ход… Но, с другой стороны, он мог расширяться ближе к поверхности земли.

– Хорошо, – решилась девушка. Свет в помещении снова померк: очередной монстр загородил отверстие. Оба пленника бросили быстрый, отчаянный взгляд наверх – так смотрит кошка на прогибающиеся в буфетной доски.

Гуль отошел в сторону, раздалось ворчание одновременно нескольких тварей. Камень на крыше заскрипел, но удержался на месте. Это вызвало злобный вой гулей.

– Ладно, – повторила Шарина. – Надо попробовать… Но только давай немного передохнем.

– Согласен, – кивнул Далар. – Мне тоже это необходимо. Думаю, у нас в запасе около часу… Используем его, чтобы отдохнуть и набраться сил.

В этот момент раздался грохот: гули решили использовать ветви деревьев для разрушения крыши. Это меняло дело – вряд ли в их распоряжении будет час… Но какое-то время есть.

– Да, нужно отдохнуть, – сказала Шарина, и ее усталый смех эхом отразился от низкого потолка гробницы.

* * *

– Госпожа Илна, – послышался вкрадчивый голос Чалкуса, – еще не совсем рассвело, непонятно: сменилась ночная вахта на утреннюю или нет. Но думаю, мы сможем увидеть это с берега. Если вы и девочка готовы вставать…

– Да, конечно, – Илна принялась осторожно тормошить Мероту. Ей не хотелось бы, чтоб моряк считал девочку обузой на том лишь основании, что она женщина, к тому же молодая. Илна вот тоже обрела самостоятельность – и вечно голодного братца в придачу, когда была еще моложе Мероты!

Хотя, если разобраться, не так уж много у них общего: у деревенской сиротки и девочки-аристократки… да и Чалкус вроде бы не собирался их бросать. Если только станет совсем худо. Еще хуже, чем сейчас…

– М-м? – сонно промычала Мерота, но тут же рывком села, испуганно тараща глаза по сторонам.