Боковая стенка палатки приподнялась, и внутрь проскользнула Лиэйн – бледная, как смерть. В левой руке она все еще держала позолоченные ножны от маленького кинжальчика, решившего судьбу Кольвы.

– Как он?.. – прошептала девушка, обращаясь к Илне. Теноктрис, поддерживаемая Шариной, опустилась на колени возле принца. Она пощупала пульс у него на шее и закрыла глаза. Затем снова открыла и обернулась к остальным.

– Поздно, – сказала старуха. – Мне очень жаль, но Гаррик мертв.

В наступившей гробовой тишине раздался крик. Это кричала Илна – впервые в жизни.

* * *

Гаррик шагал по темным улицам мертвого города. Сверху на него давили мили воды: Йоль снова опустился на морское дно. Но Гаррика это нисколько не трогало, поскольку он и сам был мертв.

Рыбы чувствовали его приближение. Они поднимались из ила, на мгновение зависали в воздухе и затем спешили прочь.

– Я потерпел неудачу, – произнес юноша. Он успел свыкнуться с постоянным присутствием короля Каруса. И хотя в смерти, как и все, оказался одиноким, тем не менее по привычке продолжал разговаривать вслух. – Я умер, так и не успев объединить Острова. Полный провал…

По обеим сторонам улицы располагались высокие дома, в них жили богачи – в те времена, когда сам Йоль был живым городом. С окон свисали распахнутые ставни, стекла повылетали, очевидно, в момент катастрофы.

На булыжной мостовой валялась черепица. Гаррику показалось, что она красная, хотя на такой глубине цветов не существовало.

Легкая улыбка тронула губы юноши. Да, он мертв, но все же идет по улицам Йоля. У него еще здесь были дела.

Перед ним стоял дворец герцогов Йольских – укрепленная крепость, резко отличавшаяся от остальных великолепных домов. Ворота стояли распахнутыми, внешний барбикан обвалился во время землетрясения, сопровождавшего затопление города. Опускная решетка на внутренних воротах разрушилась, оставив лишь изъеденные солью огрызки прутьев на разбухшей деревянной раме.

Впрочем, решетка бы его сейчас не остановила. Сейчас его не остановило бы ничего.

Во дворе замка плавали три огромных аммонита. Набрав воздух в свои изогнутые раковины, они умудрялись держаться над самой поверхностью мощеной площади. На появление юноши они отреагировали легким колыханием щупальцев.

Гаррик рассмеялся.

– Хотите испугать меня? – спросил он. – Напрасно, я уже мертв.

Он наклонился, чтобы подобрать осколок камня с мостовой. Он оказался отвалившимся носом горгульи, которая служила лепным украшением замка. Юноша собирался швырнуть камень в Морских Владык, но пальцы его прошли сквозь песчаник.