Мимо штаб-квартиры непрерывным потоком шли люди. Моркоу остановил пару горожан, просто выставив вперед руку.

– Господин Попли, если не ошибаюсь? – осведомился он. – Как идет бакалейная торговля? Добрый день, госпожа Попли.

– Вы что, ничего не слышали? – спросил взволнованный бакалейщик. – Тролли подожгли дворец!

Моркоу повернул голову и посмотрел вдоль Брод-авеню. На фоне вечернего неба мрачно темнела громада дворца, и никаких тебе языков необузданного пламени, вырывающегося из всех окон…

– Ничего себе, – удивился Моркоу.

– А гномы бьют стекла и все крушат! – не унимался бакалейщик. – Нам всем конец!

– Этим мелким пакостникам нельзя доверять, – встрял Дуббинс.

Бакалейщик с изумлением уставился на него.

– Ты – гном?

– Поразительно! И как люди об этом догадываются?

– Все, с меня хватит! Я не хочу, чтобы госпожу Попли изнасиловали эти дьяволята! Сами знаете, что люди говорят о гномах!

Бакалейная пара быстро затерялась в толпе.

– А я не знаю, – сказал Дуббинс, ни к кому особо не обращаясь. – И что люди говорят о гномах?

Моркоу остановил следующего горожанина – человека с тележкой.

– Не мог бы ты сказать, что происходит, господин?

– И не знаешь ли ты случаем, что люди говорят о гномах? – раздался голос из-за спины Моркоу.

– Это не господин, а Себя-Режу, – поправил Колон. – И вы только посмотрите, какого он цвета!

– По-моему, сегодня он слишком блистает. В смысле блестит, – заявил Детрит.

– Чудесно себя чувствую, просто чудесно! – закричал Достабль. – Никогда не думал, что столько людей недовольны качеством моих товаров!

– Что происходит, Себя-Режу? – перебил Колон.