Вдруг Шнобби, увидев что-то, бросил кучу оружия на пол и устремился вперед.
– Ого! Клатчская пожарная машина! Вот это действительно мое
Они услышали, как он возится в темноте. Потом Шнобби снова появился, толкая перед собой нечто похожее на мусорный бак, водруженный на маленькие скрипучие колесики. Машину усеивали какие-то рычаги, с ее боков свисали толстые кожистые мешки, а впереди торчал носик. В целом она смахивала на очень большой чайник.
– И кожа смазана!
– Что это? – спросил Моркоу.
– И масло в баке есть! – Шнобби начал энергично качать рукоять. – Насколько мне известно, эта штука запрещена в восьми странах, а три религиозных культа объявили, что отлучат от церкви любого солдата, ее применившего![23] Огоньку ни у кого не найдется?
– На, – протянул коробок Моркоу, – но что это…
– Смотрите!
Шнобби зажег спичку, приложил ее к трубке в передней части устройства и нажал на рычаг.
Наконец, всеобщими усилиями пламя погасили.
– Нужно лишь немножко поднастроить, – бодро заявил измазанный сажей Шнобби.
– Нет, – наотрез отказался Моркоу.
Всю оставшуюся жизнь он будет помнить струю пламени, опалившую его лицо по пути к противоположной стене.
– Но это…
– Нет. Слишком опасно.
– Она
– Она предназначена причинять людям боль.
– А, – догадался Шнобби. – Понятно. Ты бы сразу предупредил, что мы пришли сюда за оружием, которое не причиняет боль людям.