Ринсвинд попробовал отпрыгнуть назад и столкнулся с другой лошадью.

– РИНСВИНД, ЕСЛИ НЕ ОШИБАЮСЬ? – произнес Смерть. – ДОБРЫЙ ВЕЧЕР. ДАЖЕ НЕ ВЕРИТСЯ, ЧТО ТЫ ВСТРЕТИЛСЯ С ВОЙНОЙ. РИНСВИНД, ЭТО ВОЙНА. ВОЙНА, ЭТО РИНСВИНД.

Война приветственно прикоснулся к шлему.

– Очень приятно, – сказал он. Он указал на трех других всадников. – Позволь представить моих сыновей: Ужас и Паника. А также дочь, Клэнси.

Детки дружно сказали «привет». Клэнси, хмурая девица лет семи, носила жесткую шляпу и значок клуба любителей пони.

– ДЛЯ МЕНЯ БОЛЬШАЯ НЕОЖИДАННОСТЬ ВСТРЕТИТЬ ЗДЕСЬ ТЕБЯ, РИНСВИНД!

– Да что ты говоришь? Здорово!

Смерть извлек из глубин плаща песочные часы, посмотрел на них в лунном свете и вздохнул. Ринсвинд вытянул шею, пытаясь увидеть, сколько в часах осталось песка.

– ОДНАКО Я МОГ БЫ…

– О, не стоит беспокоиться! Не надо менять из-за меня свои планы! – поторопился заверить Ринсвинд. – Э-э… Наверное, вы все собрались здесь из-за сражения?

– ДА. ОНО ОБЕЩАЕТ БЫТЬ ЧРЕЗВЫЧАЙНО… КОРОТКИМ.

– И кто победит?

– ТЫ ЖЕ ЗНАЕШЬ, Я НЕ СКАЗАЛ БЫ ТЕБЕ ЭТОГО, ДАЖЕ ЕСЛИ БЫ ЗНАЛ.

– Даже если бы знал? – переспросил Ринсвинд. – Я думал, тебе полагается знать все!

Смерть вытянул вверх палец. Что-то, хлопая крыльями, летело сквозь ночь. Ринсвинд подумал было, что это мотылек. Но эта бабочка выглядела менее мохнатой, а крылья ее украшали странные пятнистые узоры.

На краткий миг существо присело на указательный палец Смерти, а потом снова вспорхнуло и продолжило свой полет.

– В НОЧЬ, ПОДОБНУЮ ЭТОЙ, – произнес Смерть, – ЕДИНСТВЕННАЯ ОПРЕДЕЛЕННОСТЬ – ЭТО НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ. БАНАЛЬНО, ПОНИМАЮ, НО ФАКТ.

Где-то за горизонтом зарокотал гром.

– Ну, тогда я, это, вроде как пойду, – пробормотал Ринсвинд.

– ЗАГЛЯДЫВАЙ КАК-НИБУДЬ, – произнес Смерть вслед волшебнику.