Угрожающие ручейки злых чар были уничтожены, однако время успеха ушло безвозвратно. Это означало решительный перелом в благоприятном до сих пор течении поединка: Сумук утратил инициативу, которую прочно удерживал с первого мгновения. Еще одна такая ошибка – и Хызр станет полновластным хозяином поля боя. А магрибец, не скрывая замыслов, накачивался энергией Нижнего Мира, готовя последний сокрушительный удар. В стремлении опять опередить противника Сумук выхватил последние шесть листков из гозырей левой стороны чохи и, сжав их в кулаке, выкрикнул:

– Смерть! Смерть! Подохни, подлая тварь!

Бумажные трубочки сгорели, выплеснув на Хызра заключенные в них страшнейшие заклинания мгновенной смерти. Демон пошатнулся, свечение его хварно мигом потускнело, на лице магрибца мелькнула тень ужаса, но главного не случилось – враг остался жив. Уже не слишком надеясь на успех повторной атаки, джадугяр использовал шесть заклинаний немедленной смерти, спрятанных на правой стороне груди. Хварно Хызра сделалось совсем бледным, почти прозрачным, однако не потухло полностью и, когда действие заклинаний прекратилось, снова начало набирать яркость.

Сумукдиар был близок к панике, ибо до этого момента не представлял себе, какими колоссальными резервами живучести обладает древний демон. Растерянность была столь велика, что гирканец проглядел ответный удар вражеского джамана, ошеломивший его и на несколько мгновений лишивший способности воспринимать происходящие вокруг события. К счастью, Хызр тоже был страшно ослаблен и не сумел должным образом воспользоваться кратковременной беспомощностью агабека.

Кое-как восстановив контроль над чувствами, Сумук распахнул плащ, выпустив на врага не столь уж обильные после всех передряг запасы пламени. Не сумев преодолеть демоническую защиту, огненные струи беспорядочно брызгали во все стороны, поджигая мебель, ковры, подушки, занавеси, одежду зрителей. Тем не менее эта слабенькая атака на долю мгновения отвлекла внимание Хызра. Не обращая внимания на все остальное, джадугяр сосредоточился на своих атрибутах, собирая льющийся из обращенных на запад окон свет заходящего солнца. Собранные в плотный жгут лучи светила вонзились в затылок магрибца, и, пока тот пытался отразить нежданный натиск, Сумук ударил энергией жезла по капиллярам, соединявшим Хызра с Нижним Миром. Подпитывающие каналы лопнули один за другим, и вдобавок Сумукдиар успел наложить чары, перекрывшие все пути из потусторонних сфер.

Теперь они были в равном положении. Оба – ослабленные неимоверным напряжением затянувшейся битвы, сохранив лишь малую долю своих волшебных способностей. При таком утомлении уже не оставалось возможности придумывать, а тем паче осуществлять какие-то хитроумные многоходовые приемы или суперсложные чары. Просто два джамана уперлись лоб в лоб, и поединщики давили изо всех сил. Это была последняя фаза боя, которая продлится немного времени – пока не сломается один из сражавшихся.