– Но, сэр, солнце ведь уже взошло.
Командир посмотрел на свою тень. День в самом разгаре, а песок, по загадочному милосердию судьбы, все еще не пропитан его, командирской, кровью. Командир достаточно долго занимался умиротворением непокорных клатчских племен, и последнее время его терзал один простой вопрос: почему всякое умиротворение неизменно сопровождается кровопролитием? А еще на собственном горьком опыте он научился никогда не произносить фраз навроде «Слишком все спокойно, не нравится мне это». Слишком спокойно быть не может.
– А вдруг они снялись с лагеря ночью? – предположил сержант.
– Это не похоже на д’рыгов. Они никогда не бегут. И кстати, вон их шатры.
– Так почему бы нам на них не напасть, сэр?
– Ты ведь прежде никогда не воевал с д’рыгами, а, сержант?
– Никогда, сэр. Но я участвовал в умиротворении чокнутых саватаров в Ухистане, так вот они…
– Д’рыги куда хуже, сержант. В ответ они могут так тебя умиротворить, что мало не покажется.
– Но я даже не успел рассказать, какими чокнутыми эти саватары были, сэр.
– Поверь мне, по сравнению с д’рыгами они просто слегка неуравновешенные.
Сержант почувствовал, что его репутация и опыт ставятся под сомнение.
– Может, я возьму несколько человек и разведаю обстановку, сэр?
Командир еще раз посмотрел на солнце. От жары уже трудно было дышать.
– Ну что ж,
Клатчцы двинулись к лагерю. Вот шатры, вот потухшие костры. Но ни верблюдов, ни лошадей – одна лишь длинная утрамбованная тропа, вьющаяся среди дюн и уходящая прочь.
Боевой дух несколько поднялся. Нападение на опасного врага в его отсутствие – одна из наиболее привлекательных форм ведения войны. Можно вволю порассуждать на тему везучести д’рыгов, которые вовремя смылись, и дать волю фантазии, представляя себе, «что бы мы с ними сделали, попадись они нам»…
– А это что такое? – прервал размышления командира сержант.
Среди дюн показалась фигура на верблюде. Белые одежды человека хлопали на ветру.
Поравнявшись с клатчцами, человек соскочил с верблюда и приветственно помахал рукой.